Эти три принципа пронизывают все сферы человеческой деятельности во всех ее проявлениях, и более того — все мироздание от его первооснов до самых мелких подробностей. Эти три первоформы в своем «абстрактном», принципиальном строе, суть изначальный источник всей конкретной морфологии, и — их незыблемый детерминизм предрешает всякую «воплощенную» закономерность.
Эти три принципа пронизывают все сферы человеческой деятельности во всех ее проявлениях, и более того — все мироздание от его первооснов до самых мелких подробностей. Эти три
2 Три простейшие фигуры планиметрической геометрии (одно из конкретных отображений все того же строя) могут послужить условными символами этих трех начал: 1) ▽; 2) □; 3) ○. Уже здесь, в наглядном начертании этих символов, мы встречаемся с необходимой поправкой, которая, вразрез со столь популярной философской традицией, или, лучше, в ее разъяснение, заставляет нас понять основную триаду морфологических первопринципов — как диаду. В самом деле, совершенно очевидно, что первые две формы — треугольник и квадрат — сводимы обе к одному исходному принципу — пересекающихся линий, которому противоречит другой, формально-инородный принцип — замкнутой линии (круг). Таким образом, перед нами собственно две (а не три) изначально определяющих категории: 1) ▽ + □; 2) ○. И лишь дальнейшее, вторичное различение внутри первой из них, между ▽ и □, создает полный строй этой условной триадности, представляющей собою в сущности усложненную (через раздвоение первого звена) диаду.
2
Три простейшие фигуры планиметрической геометрии (одно из конкретных отображений все того же строя) могут послужить условными символами этих трех начал:
1) ▽; 2) □; 3) ○.
Уже здесь, в наглядном начертании этих символов, мы встречаемся с необходимой поправкой, которая, вразрез со столь популярной философской традицией, или, лучше, в ее разъяснение, заставляет нас понять основную триаду морфологических первопринципов —
В самом деле, совершенно очевидно, что первые две формы — треугольник и квадрат — сводимы обе к