Подыскивая другое выражение, которое удовлетворило бы посланников, Маврокордато предложил слово «уезды» — «с своими уездами да возвратятся»; но посланники этого термина не приняли и возражали: «К Казыкерменю ни уездов, ни больших земель отнюдь не бывало, выезживали из Казыкерменя жители только для дров насилу на милю или на две по Днепру»[1096]. Спор этот шел в начале июня. В конце концов в договоре была принята редакция Маврокордато: «А реченные места с своими землями, как до сей войны были, паки во владения Оттоманского государства да возвратятся».

Не обошлось без спора по статье 11 — установление срока разорения днепровских городков. Турки желали, чтобы городки были разорены после присылки в Константинополь из Москвы гонца с царскою «обнадеживательной» грамотой о принятии царем договора. Посланники настаивали на том, чтобы срок разорения городков был назначен после прибытия в Константинополь русского Великого посольства с подтвержденною грамотой. Посланники указывали на то, что при заключении мира с другими государствами такой предварительной присылки гонцов не было. Условие о разорении городков после присылки гонца посланники считали одной из тех «противных и несносных» прибавок, сделанных к тексту договора Александром Маврокордато, которые принять они решительно отказывались. Прислать гонца с обнадеживательною грамотою они обещали, но вносить условие об этом в договор не соглашались: в договоре должно быть упомянуто только о Великом посольстве через семь (а затем они приняли другой срок — через шесть) месяцев после подписания договора[1097]. В этом пункте они одержали верх. Предварительная присылка гонца была отменена; в договоре говорится только о приезде в Константинополь через шесть месяцев по подписании договора Великого посольства, и срок разорения городков установлен через 30 дней по подтверждении мира Великим посольством.

Во время переговоров о прибытии Великого посольства в Царьград Маврокордато сделал замечание, что в проекте посланников не обозначено, как прибудет посольство, сухим путем или морем, и высказал решительное требование, чтобы посольство приехало не иначе как сухим путем, категорически; заявляя, что морем оно пропущено не будет. Для приема посольства пришлется нарочно из Царьграда на рубеж капычи-баша; прием будет «учинен с достойным почитанием». Приготовлены будут кормы и подводы. Посланники возражали: «Для чего их тем нудить, чтобы непременно быть посольству сухим путем? На то будет произволение государя, отпустить ли посольство сухим путем или морем». Но Маврокордато решительно повторил, что морем посольство никоим образом пропущено не будет «и чтоб они, посланники, в том много не трудились и не мыслили»[1098]. Опыт с приездом посольства Украинцева морским путем был для турок достаточно памятен, и повторять его они, видимо, не собирались. Посланники принуждены были уступить и согласиться. В статье 14 трактата говорится о прибытии великого посла сухим путем: «Когда к мусульманским рубежам придет… землею, к блистательной Порте провожен да будет».