Проследим теперь процесс редакционной обработки статей последовательно, как они рассматривались в переговорах Александра Маврокордато с посылавшимися к нему лицами и с самими посланниками. Предполагаем, что в руках читателя имеется текст договора.

Статья 1, вопреки заявлению переводчика Лаврецкого и подьячего Протопопова о том, что «в договорех мирных ненадобно писать многого красноречия и слагательства и темных закрытых речей»[1091] (изложенная, как и весь, впрочем, текст, весьма вкрадчивым, высокопарным, носящим следы перевода с латинского языка, достаточно поэтому невразумительным слогом, совсем не тем простым и ясным русским языком, каким написан «Статейный список»), говорила о прекращении всякого «неприятельства и недружбы», о предании забвению всяких враждебных действий между сторонами, о том, что «никакими мерами меч на отмщение да не вземлется», о соблюдении взаимной дружбы «между царствами и подданными их», которые, между прочим, «взаимно с истинностью да пересылаются», наконец, о возобновлении в дальнейшем перемирия по истечении срока теперь заключенного перемирия или до истечения этого срока. Александр Маврокордато нашел, что статья 1 в общем «написана добро», но отметил в ней лишние выражения, именно: «Меж-до собою государи пересылаются»; затем выражение, касающееся возобновления перемирия: «Впредь на тех же статьях, если обоей стороне полюбится, договорено да будет». Маврокордато находил, что упоминать о «пересылке» между государями здесь излишне, тем более что в этой же статье говорится о «пересылке» между подданными, «а подданных с великими государи в одной речи примешивать и писать неприлично». Выражение «на тех же статьях» он находил неудобным потому, что оно как бы обязывало стороны в будущем продолжить перемирие именно на этих условиях, тогда как времена, а с ними и условия могли перемениться. «Прежде времени, — говорил он, — обязывать тем себя не для чего. Бог-де знает, кому еще впредь в чем какое счастье будет, и тогда по времени смотря и поступок будет». Посланники, слабо защищая свою редакцию, говорили, что великих государей приписали они в эту статью, чтобы «явственно было, что мир заключен у великих государей, а не у подданных», на что Маврокордато возразил, что уже в начале договора в предисловии (написано, что мир учинен между великими государями, а не между подданными, «и как подданные могут пересылаться о великих делах, чего нигде не повелось?». Хотя и «по многом споре», посланники, однако, приняли предложение Маврокордато, и указанные им выражения были из статьи 1 устранены[1092].