«Да, она это сделает!» – Израиль вспыхнул, как фитиль. Хотя это спецподразделение просуществовало всего пять месяцев – создано было 5 августа 1953 и распущено в январе 1954, но его влияние на Армию обороны Израиля было колоссальным. Большинство бойцов перешло после расформирования в десантный батальон 890.

Во время последней операции, которая положила конец его блестящей воинской карьере, Меир получил ранение, и был на грани гибели. Серьезно была нарушена речь, парализованы руки. Восстановление заняло много времени.

Израилю и Наоми стыдно из-за решения финансиста кибуца. Он требует с тяжело раненного инвалида Армии 600 лир. Хотя работа Хар-Циона с Наоми утверждена.

«Меир, были бы у меня средства, я бы снял с тебя эту ношу». Израиль пытается поддержать парня.

Меир ежедневно приходит к ним в дом. Наоми и Меир все более углубляются в дневники, но дело продвигается медленно. Меир подвержен внезапным приступам гнева. Он может убежать, если ей не удается понять и завершить предложение, которое внезапно застревает у него в горле. Порой кажется, что у них ничего не выйдет. Наоми опасается за здоровье и жизнь Меира и хочет обратиться к врачу.

«Даже если бы он был гением, то после того, что с ним случилось, он мог превратиться в идиота», – сказал доктор Мозес. Он порекомендовал Наоми сказать Меиру, что тот не должен стыдиться своего состояния.

Они откровенно поговорили, и договорились, что когда он почувствует приближение приступа, то попросит приготовить кофе. Он выпьет и успокоится.

С волнением она начинает описывать историю создания подразделения 101.

После окончания войны за Независимость, Армия обороны Израиля была на пике реорганизации. В этот период армия начала внедрять принятые в мире новые системы ведения войны. Террористические операции, не связанные с правительственными инициативами арабов, сотрясали государство. Армия не могла справиться с проникновением террористов с территорий Иордании, Египта и полосы Газы, главной целью которых было воровство, разрушение хозяйств, убийства. Года через три изменился характер проникновений, решающая часть которых уже не была местной «частной инициативой» отдельных террористов, группок крестьян, остатков прежних банд, беженцев, лишенных заработка. Диверсанты, которые поначалу исходили из узких местных нужд, начали использоваться, как инструмент давления политическими силами врагов, с целью создать непрерывное военное напряжение по линии прекращения огня. Они хотели нарушать перемирие, статус-кво, достигнутого в переговорах на острове Родос. В 1952 было 3000 случаев террора. В 1953–1954 к грабежам добавились многочисленные случаи убийств, и террор превратился в необъявленную войну. Нормальная жизнь была нарушена на всей территории страны – в пограничных и тыловых поселениях, в городских центрах. Каждый день были убийства или нанесение имущественного ущерба, минирование дорог, главным образом, в районе Газы. Страх все более закрадывался в души населения. И армия была бессильна остановить эту усиливающуюся волну террора. Все это привело к первым решительным действиям в рамках только формирующихся спецподразделений. Посылали батальон, отделение, роту, но это не давало ожидаемого успеха. Подразделение отступало, как только арабы открывали по нему огонь. Были случаи, что солдаты отправлялись на операцию, и даже не доходили до намеченного места. Когда положение ухудшилось, пытались использовать добровольцев, ребят, которые особенно отличились во время войны за Независимость, но и это не помогало. После двух лет провалов борьбе с террором, армии стало понятно, что следует разработать новые способы борьбы с террором. В этот период полковник Мишаель Шахам, комендант Иерусалима, предложил начальнику генерального штаба и министру обороны создать особое подразделение, которое будет заниматься специальной подготовкой и параллельно совершать акции, как немедленную реакцию на действия террористов, мгновенное и болезненное наказание.