Кузен Пауль нашел гостиницу в лесу неподалеку от Шопрона, небольшого городка на австрийской границе, на берегу озера Неушиедлер. Хозяева этой гостиницы занимались тем, что прятали людей и хорошо на этом зарабатывали. Здесь Нижинские наслаждались прогулками по красивым окрестностям, и Вацлав научился нескольким танцам от их горничной-цыганки. В августе 1944 года русские войска вошли в Румынию и стало ясно, что они вскоре войдут и в Венгрию. Через город хлынули люди, направлявшиеся на восток. 15 октября адмирал Хорти объявил по радио, что Венгрия проиграла войну и должна капитулировать, но его арестовали и заменили Салашши, главой венгерской нацистской партии.

Опасаясь быть узнанными, Ромола и Пауль сочли, что необходимо переехать, и сняли комнаты в расположенной поблизости вилле, которая принадлежала вышедшей на пенсию оперной певице, боявшейся, что ее дом реквизируют. Работа по дому, добывание угля, сбор хвороста в лесу и приготовление пищи занимали все время Ромолы. У нее снова кончились все деньги, и она решила поехать в Будапешт и продать кое-что из золота. Так как она не могла оставить Вацлава без присмотра, то после колебаний решила поместить его в больницу в Шопроне, где было отделение нервных болезней. Когда она сообщила ему о своей договоренности, он заплакал.

Несмотря на постоянные воздушные налеты, Ромола успешно съездила в Будапешт и вернулась в поезде, переполненном беженцами, проезжая мимо пломбированных грузовиков, направляющихся в Аушвиц. Вернувшись в гостиницу, они с Вацлавом и группой друзей слушали по радио «Голос Америки».

Однажды снежным утром Ромола отправилась в город, чтобы постараться достать разрешение на приобретение топлива, когда начался очень сильный американский авианалет. Только вечером она смогла покинуть укрытие и вернуться. Она нашла Вацлава в комнате без крыши, всего покрытого пылью. «Он пристально и безмолвно смотрел на меня». Ромола снова отвезла его в больницу — там у него по крайней мере была крыша над головой и поблизости укрытие. Венгерское правительство перебралось в Шопрон. Теперь в концентрационные лагеря отправляли не только евреев, но и цыган. Горничная Нижинских пришла попрощаться. В перерывах между налетами Ромола бегала посмотреть, не разрушена ли больница.

12 марта 1945 года, когда Ромола развешивала белье, дом стал сотрясаться от страшных взрывов. Это была воздушная атака на Вену, находившуюся в семидесяти пяти километрах.

«К вечеру, — пишет Ромола, — повалил сильный снег и наступила сверхъестественная тишина. Мы сидели за ужином, когда внезапно раздался стук в дверь. Я пошла посмотреть, кто это, и, открыв дверь, увидела Вацлава в его старом сером зимнем пальто и маленькой тирольской шапочке, с узлом, куда была сложена одежда и другие пожитки. Рядом с ним стоял санитар, поляк Стэн. „Вацлав, дорогой, я так счастлива, что ты здесь“, — сказала я, поцеловала его и проводила к столу».