Рассматривая развалины этого памятника (а сколько я видал уже римских развалин), я подумал — а где же развалины акведука, этой можно сказать, традиционной принадлежности всякого римского строительства? Сразу же спохватился — какие могут быть акведуки на высоте в 500 метров! А в общем, подумал я: разрушили варвары Римскую империю с ее акведуками и человечество перестало… мыться на целые полторы тысячи лет, и только совсем недавно, благодаря современной водопроводной технике, люди вновь начинают мыться.

— «Скажите, месье, дама, на каком языке вы между собой говорите?» — обратились к нам соседи французы по столику — «Мы так и думали, что по-русски. Мы недавно ездили туристами в Россию. Какой прогресс! Какие достижения! Какой прекрасный город Ленинград! Всё так чисто повсюду: царская Россия была самой грязной страной в мире, а СССР теперь самая чистая страна в мире!».

Разумеется, что по моему обыкновению, я не вступил в спор с людьми, говорящими мне, эмигранту, такие «комплименты». Но я их спросил:

— А вы, конечно, живете с комфортом, с ванной?

— О нет, мсье, — ответили они — нам не надо мыться — мы люди порядочные.

На французском языке слово propre имеет двойной смысл: чистый и порядочный. Посмеявшись, и вспомнив наши русские бани, мы пошли осматривать руины римского памятника. С них нам открылся чудесный вид на княжество Монако.

Вдоволь насмотревшись, мы справились, прежде чем уезжать, где находится здесь, в Тюрби, вилла Рудольфа Нуреева, этого на весь мир известного балетного артиста, сбежавшего от большевиков несколько лет тому назад[374].

Вскоре мы двинулись вниз и снова по спиральной дороге с открывающимися прекрасными видами на Монако при каждом новом повороте.

* * *

Существует такая человеческая слабость: как отдельные люди, так и целые государства любят откапывать корни своего самого, по возможности, древнего происхождения. И княжество Монако этого не избежало.

Финикийцы, а кто только не обосновывался тут до них, — построили храм своему богу Мелькарту, а после них греки переименовали этого бога в Геркулеса, сделав таким образом уже полубога; называли его также Монойкос, что значит единственный. Отсюда и пошло Монако. Древние римляне называли теперешнее Монако Portus Herculis Monoeci. Всё это звучит прекрасно: мифологически, археологически и филологически. Но, странное совпадение, — на современном итальянском языке «Монако» значит монах. А в гербе княжества — два монаха! Любопытно, что Монако произносится в трех вариантах: Мо́нако, Мона́ко и Монако́, т. е. согласно национальности произносящего.