***

Сегодня по-разному толкуют политическую жизнь страны, нашей республики в эпоху Брежнева — Машерова, высказывают много противоречивых мыслей об их отношениях. Но очень мало, к сожалению, мы знаем об этом из уст родных и близких Машерова — тех людей, которые все же имели доступ к его душе, с кем он говорил о своих отношениях с Генеральным секретарем, с другими кандидатами и членами Политбюро ЦК КПСС.

А. Горячкин, постоянный представитель правительства республики при Совете Министров СССР, рассказывал:

- Когда Брежнев стал первым секретарем ЦК КПСС, он сначала делал Машерову авансы, потому что не знал, как тот поведет себя, какой у него характер. Присматривался, обращался снисходительно - Петр… Хорошие отношения с ним были до первого приезда в Минск на празднование пятидесятилетия БССР и Компартии Беларуси. Вскоре понял, что своим сторонником его не сделать, — Машеров не торопился поддерживать его отдельные советы, занимал независимую позицию, проявлял самостоятельность характера.

В конце семидесятых годов установились и совсем холодные отношения. Впрочем, это и результат «симпатий» Суслова, «главного» идеолога страны.

Однажды приехал Машеров взволнованный. «Рассматривали на Политбюро ЦК вопрос о Белоруссии. Сделали замечание мне, — признался он, — и на этом обсуждение закончилось».

Чувствовал, что он сильно переживал, когда возвращался с заседаний. В разговорах прорывались слова: «Тяжело, тяжело … Все голосуют “за”. Не выберем правильного пути, если так будем использовать коллективный ум наших руководящих кадров. Все подчиняется воле и желаниям одного человека».

Полина Андреевна Машерова вспоминала:

— Леонид Ильич звонил нам домой редко. В основном вечером — поздравлял с каким-нибудь праздником. Интересовался у мужа ходом посевных кампаний или как идет уборка урожая. Всегда передавал и мне привет. Раньше, как правило, каждый год отдыхали под Москвой, около Барвихи, в санатории для членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС. Там проводили отпуск и секретари компартий союзных республик. Санаторий был клинический. Здесь у мужа при обследовании нашли заболевание почки.

Случалось, Брежнев отдыхал здесь с женой. Мы жили в двух помещениях в одном крыле здания, а он — в другом, не очень шикарном. Позже для него построили дачу-люкс. Бывало, он приглашал нас на семейные торжества в его московскую квартиру. На столе появлялись бутылка коньяка, закуска.

В более молодые годы муж с Брежневым охотились под Москвой, в «Завидово» — военно-охотничьем хозяйстве Министерства обороны СССР. Это было его любимое место работы и отдыха. Как правило, он приезжал сюда вечером в пятниду на сияющей «Чайке», иногда на иномарке — он был их большой любитель. На работу возвращался утром, в понедельник.