В Госдуме я сначала занимался международной работой. Мы много с ним ездили, принимали участие в сессиях парламентских ассамблей ОБСЕ, ПАСЕ, Международного парламентского союза и т. д. Он пользовался исключительным уважением у своих коллег — председателей парламентов разных стран.

Когда я пришел на работу в Думу, Геннадий Николаевич уже был достаточно опытным, авторитетным руководителем парламента. Я не помню ни одного случая, чтобы к нему предъявлялись какие-то претензии. Он находил компромиссные решения, при этом проявлял принципиальность с тем, чтобы не допустить неэффективности в работе Госдумы. Всё было направлено на то, чтобы законы принимались. Чтобы принимались решения, которых ждала страна.

Геннадий Николаевич Селезнёв на заседаниях Госдумы не только руководил принятием законов. В 2000 году Селезнёв создал социально ориентированную общественную организацию — движение «Россия», которая главной целью своей поставила добиваться построения в России социального государства. Как говорил Геннадий Николаевич: «Мы организация 7-й статьи Конституции, провозглашающей Россию социальным государством». Этой теме он в основном и посвящал свою депутатскую деятельность. Активно отстаивал идею введения прогрессивной налоговой шкалы, чтобы богатые платили больше налогов, бедные — меньше, а малоимущие вообще освобождались от налогов. Сейчас небольшую добавку в 3‒5 % для более богатых приняли. Но Геннадий Николаевич говорил, что надо до 30‒35 % поднять шкалу налогов для богатых и сверхбогатых.

Он всегда выступал за ратификацию Европейской социальной хартии. А правительство всегда это торпедировало. И даже в последние годы ее только частично ратифицировали. В хартии говорилось, что минимальная зарплата должна быть в 2,5 раза выше прожиточного минимума и в 1,5 раза пенсия должна быть выше прожиточного минимума, — у нас они практически сравнялись. Селезнёв всегда ориентировался на человека. Много вносил поправок, улучшающих жизнь инвалидов, ветеранов, военнослужащих. Свою депутатскую деятельность он в основном посвящал этой проблематике.

В течение 4 лет я был фактически на расстоянии вытянутой руки от Геннадия Николаевича. Я видел, каких нервных затрат, затрат эмоциональных и физических, ему стоило управлять Госдумой. Он приходил после пленарных заседаний Госдумы выжатый как лимон. Долго мог приходить в себя, чтобы войти в привычный для себя ритм работы. 450 личностей — харизматичных, неординарных, а то и скандальных! И этой аудиторией надо управлять и направлять их. Это было очень непросто. Конечно, кто-то и критически к нему относился, кто-то возмущался.