Случилось так, что дозорно-сторожевой отряд Ибн Са’уда перехватил группу повстанцев численностью в 700 человек во главе с шейхом ‘Абд ал-‘Азизом, сыном шейха Файсала ал-Давиша, когда тот возвращался после набега на Эль-Катиф (конец 1929 г.). Внезапно атакованные воины племени бану мутайр дрались мужественно, плечом к плечу. Спину противнику не показали, но потерпели поражение. Шейх Файсал ал-Давиш потерял горячо любимого им сына (321).

Уходя от преследовавшего его буквально по пятам Ибн Са’уда, передвигаясь от оазиса к оазису, шейх Файсал ал-Давиш, этот легендарный вождь племени ал-мутайр и открытый недруг британцев, предпринял неожиданный шаг — задумал укрыться в Кувейте, который находился под протекторатом Англии. Более того, вступить в переговоры с англичанами и заручиться, если удастся, защитой британского правительства. Связался с Х. Диксоном, английским политическим агентом в Кувейте, которого хорошо знал и уважал. Встретившись с ним, сказал, что опасается за судьбу пяти тысяч женщин и детей своего племени, окажись все они в плену вместе с ним у Ибн Са’уда. Добавил, что не менее обеспокоен он и тем, что станет со стадами домашних животных племени — девятью тысячами верблюдов и тридцатью тысячами овец (322). Просил Х. Диксона взять женщин, детей и стада племени «под опеку Англии», пока он «не разберется с Ибн Са’удом».

Х. Диксон, заблаговременно проинструктированный Лондоном о линии поведения в контактах с шейхом Файсалом ал-Давишом, заявил, что вступать с ним в какие бы то ни было отношения британское правительство не намерено. Если же он с племенем пересечет рубежи Кувейта, то подвергнется аресту. Что же касается самого племени бану мутайр, то английское правительство предпримет те меры, которые сочтет на тот момент необходимыми. Иными словами, ясно дал понять, что если шейх вторгнется в земли Кувейта, то англичане используют против него все имевшиеся у них в том районе силы, включая авиацию. Шейх понял, что попал в клещи (323). Вернувшись на становище, разбитое у границ с Кувейтом, объявил соплеменникам, что помощи ждать им неоткуда; ни из Кувейта, ни из Ирака она не прийдет. И предложил укрыться в Сирии. Главы многих семейно-родовых кланов высказались против этого, заметив, что готовы будут сдаться «на милость Ибн Са’уда», нежели «следовать за своим вождем в неизвестность».

Выслушав мнение старейшин всех кланов племени, шейх Файсал ал-Давиш поступил в свойственном ему стиле — принял неожиданное и неординарное решение: границу — пересечь, в Кувейт — войти и заявить о капитуляции. Что и сделал, 10 января 1930 года.