Численность кочевого населения Хиджаза «совершенно неизвестна». «Размер наличного скота в Хиджазе», по оценке диппредставительства, следующий: «верблюдов — до 66 000 голов; крупного рогатого скота — 40 000; лошадей — 18 000; овец и коз — до 3 млн».

Что касается вывоза, то в основном — это кожи (верблюжьи, коровьи и мелкого скота); «в довоенное время до 25 000 штук ежегодно. Половина из них шла в Лондон, остальная часть — в Триест и Марсель».

Из ремесел следует назвать «рыболовство, изготовление коралловых и янтарных четок, добычу перламутра. Вывоз четок составляет 200 000 штук, по цене от 8 коп. до 32 коп. — за коралловые и до 25 руб. — за янтарные» (четки, поясним, раскупали паломники — в качестве сувениров родным и близким по завершении хаджжа) (331).

«Почти 80 % торговых заведений в Хиджазе принадлежит выходцам из Хадрамаута; остальная часть распределяется между индусами, персами и местными арабами. Самые известные торговые фирмы держат выходцы из Хадрамаута» (332).

Торговые связи Хиджаза «почти не выходят за пределы» Египта, Судана, Массауа, Йемена и Адена; динамичные сношения Хиджаз поддерживает с Индией (333).

Интересные сведения о торговле Хиджаза конца 1920-х годов содержатся в «Экономических очерках» М. Аксельрода. В общей массе товаров, обращавшихся на рынках Хиджаза, импортные, как он рассказывает, составляли не менее 80 %. Поступали они в Хиджаз через Джидду и «сбывались через оптовиков». Около 80 % торговли в Джидде, «при ежегодном обороте в 6–7 млн. фунтов стерлингов», совершалось на наличные деньги. В городе насчитывалось «около 50 крупных оптовых фирм», в том числе две европейских, принадлежавших англичанам и голландцам, и «порядка 90 розничных» (334).

Хиджазских оптовиков, замечает М. Аксельрод, вполне заслуженно можно было величать «универсалами торговли». Они закупали и продавали все, без исключения, имевшие спрос на местном рынке товары: муку и рис, ячмень и финики, сахар и просо, лес и керосин.

«Колоссальную роль», пишет М. Аксельрод, при заключении торговых сделок в Джидде «играли сводчики», то есть маклеры. «Профессионал-сводчик», со слов М. Аксельрода, «знал все цены на все товары на текущий день»; их запасы на складах крупных купцов; ситуацию на рынке. Невероятно, но ведал он даже и о том, «сколько и каких товаров разгружалось в порту» и сколько тех или иных из них находилось в пути. Комиссионные «сводчика» составляли 7–8 % с суммы сделки, организованной при его участи (335).