Хорошо понимал, что шагать надлежит в ногу со временем, что от прогресса никуда не деться, да и прятаться от него незачем и негоже. Но вот обычаи и традиции предков оберегал и защищал твердо. Держал стадо верблюдов в 70 голов. Сам, порой, гонял их на выпас — на принадлежавшее семейству Сабахов пастбище в местечке ‘Араифджан (40).

Границы Королевства Саудовская Аравия (1932 г.) после его образования определены с соседями, находившимися под британским протекторатом, — Катаром, шейхствами Договорного Омана (нынешними ОАЭ), Оманом, Аденскими протекторатами (впоследствии НДРЙ), а также с Йеменом, — не были и вызывали споры. В конце 1930-х годов, когда Англия и США активно занялись поисками нефти на Аравийском полуострове, то вопрос о границах приобрел повышенное звучание. «Принадлежность тех или иных участков пустынной территории, — пишет в своей работе „История Саудовской Аравии“ А. М. Васильев, — раньше не имевшей экономической ценности, стала предметом разногласий из-за возможных запасов нефти» (41).

Так, после подписания нефтеконцессионного соглашения с англичанами (17 мая 1935 г.) правитель Катара шейх ‘Абд Аллах ибн Джасим Аль Тани получил письмо от Ибн Са’уда. Король Саудовской Аравии, судя по всему, был не в курсе того, что концессионная сделка шейха ‘Абд Аллаха с британцами состоялась. К письму прилагалось описание прохождения границы, как ее видели в Эр-Рияде, между Саудовской Аравией и Катаром. Король Ибн Са’уд настоятельно советовал шейху ‘Абд Аллаху от заключения каких-либо концессионных соглашений с англичанами до полного и окончательного решения пограничного вопроса и завершения демаркации границы Катара с Саудовской Аравией уклоняться.

В беседах же на эту тему с англичанами Ибн Са’уд открыто говорил, что положения англо-турецкой конвенции от 1913 г., на которые они ссылаются, для него неприемлемы. Во-первых, по тому, что турки, как, должно быть, известно британцам, полностью Эль-Хасу, даже во времена оккупации ими этой провинции, не контролировали. Во-вторых, что подписание англо-турецкой конвенции состоялось после того, как Эль-Хаса перешла уже в его руки, и турки ее покинули. И, в третьих, что конвенцию эту так и не ратифицировали.

В приложении к указанному выше письму на имя шейха ‘Абд Аллаха король Саудовской Аравии отмечал, что признал факт установления над Катаром только временного британского протектората. Подчеркивал, что до прихода в земли Катара британцев жители тех мест являлись подданными его отца и деда. Не преминул заметить также, что под британский протекторат встало исключительно население приморских городов и сел Катара. Пустыня же, по его утверждению, и племена, населяющие ее, неизменно находились под суверенитетом рода Аль Са’уд. Иными словами, ясно давал понять шейху ‘Абд Аллаху, что, в соответствии с обычаями и традициями предков, тот не в праве претендовать на земли, которые не в состоянии ни контролировать, ни защитить. Напомнил шейху ‘Абд Аллаху в этой связи и о его письме, направленном ему, Ибн Са’уду, в 1930 г., в котором он выражал желание и готовность ежегодно выплачивать ему определенную сумму за обеспечение защиты от угрозы со стороны кочевых племен.