– Возле подъезда есть телефонная будка – позвоните мне по телефону, и я все вам расскажу.

Минут десять они меня уговаривали впустить их, но ломать железную дверь не стали. Из окна я увидел, как, не обращая ни малейшего внимания на телефон у подъезда, они – рослые мощные мужики – расходятся: двое в одну сторону, один – в другую. Думаю, что, если бы я открыл дверь, они меня, как Дубова (о нем я расскажу позже) просто выбросили бы в окно. Это было бы вполне убедительно – выбросился от горя. Днем я с большой осторожностью вышел из дома и дошел до опорного пункта милиции, где сидел юный участковый. Я ему не только сказал, но и написал, что, по-моему, это были убийцы, попросил о помощи, попросил найти соседей, видевших смерть Тимофея, сказал, что подобные заявления напишу во все возможные правоохранительные органы, знакомым депутатам Государственной Думы и в СМИ. Скорее всего я второй раз в эти дни, после предложения Волченко, избег смерти. Больше никто ко мне не приходил и меня не караулил.

Ничего не понимавшему лейтенанту-участковому я через пару дней рассказал историю недавнего убийства сперва его сына, а потом и самого генерального директора объединения «Новое время» Сергея Дубова.

Трудно сказать, что было основным в причинах убийства Сергея Дубова – коммерческий интерес к его гигантскому состоянию (он был не только владельцем, но и создателем такого сверхдоходного бизнеса, как газета бесплатных объявлений «Из рук в руки» и множества других, столь же изобретательных и коммерчески прибыльных) или неосторожное и слишком близкое сотрудничество с одним из центров советского шпионажа и разнообразной преступной деятельности (торговля оружием, наркотиками), каким был и оставался журнал «Новое время». Но все, что происходило со мной, было просто копией, хотя по совершенно иным причинам, того, что произошло с Сергеем Дубовым. В какой-то момент его заместители предложили ему передать им управление всеми его делами. Дубов понимал опасность, не отказывался, но медлил, пытался найти какой-то выход. Этот разговор он тайком записал на магнитофон.

Тогда был убит его семнадцатилетний сын. Хотя у окна, из которого он якобы выбросился, были обнаружены следы борьбы и крови, милиция заявила, что это самоубийство, и никакие усилия С. Дубова заставить провести добросовестное следствие не привели к успеху. Поскольку свои дела и имущество С. Дубов так никому и не передал, через несколько месяцев он был застрелен. Ни записанный им разговор с угрозами в его адрес, ни разоблачение подделки заместителями подписей С. Дубова на доверенностях, по которым они все же получили все его состояние, не привели к осуждению его коллег, они были освобождены без суда, и все многочисленные предприятия С. Дубова попали к ним в руки. Вдова осталась нищей, и в Москве не оказалось ни одного адвоката, который бы согласился вести ее дело.