Дэвид часто писал домой, но письма доставляли с задержкой в несколько недель: после перлюстрации их снимали на микроплёнку, отправляли в США, там увеличивали, распечатывали и рассылали обычной почтой. К счастью, в июле 1944 года Рокфеллера самого отправили с разведпочтой в Вашингтон, а там предоставили двухнедельный отпуск, чтобы он навестил семью. Он впервые увидел маленькую Нейву, родившуюся в июне. В том месяце американцы высадились в Нормандии, и к концу лета Париж был освобождён. Капитан Рокфеллер отправился туда и подготовил со своими сотрудниками большую серию отчётов, предсказавших судьбу лидера «Свободной Франции» генерала Шарля де Голля. «Его высокомерие, негибкость и сосредоточенность на чём-то одном — те качества, которые были столь важны для его политической победы над Жиро в Алжире, — создали серьёзные проблемы, когда французы начали заниматься формированием постоянного правительства и написанием новой конституции. Не прошло и года, как он потерял власть», — вспоминал впоследствии Дэвид.

Через десять дней после капитуляции Германии Дэвид посетил Франкфурт и Мюнхен, лежавшие в руинах. Встречи со старыми знакомыми прошли непросто, между ними теперь зияла гнойная рана войны: он пережил гибель друзей, долгую разлуку с родными, они — страх, сделки с совестью, унижения… Тогда же Дэвид побывал в Дахау и лишь там в полной мере осознал весь ужас нацистского режима.

В августе в Париже проездом побывал его дядя Уинтроп Олдрич, президент «Чейз нэшнл банка». Он полагал, что для Дэвида логичнее всего было бы сделать карьеру в «Чейз». У племянника его предложение не вызвало бурного восторга, но он обещал подумать. Однако демобилизации нужно было ждать несколько долгих месяцев. Только в начале октября его вызвали в Вашингтон. Нетерпеливая Пегги приехала туда из Нью-Йорка и жила в доме у Нельсона на Фоксхолл-роуд; целую неделю она каждый день ездила в аэропорт, надеясь высмотреть мужа в толпе прибывших военных. Наконец, он приехал; дети, для которых он был чужим, не сразу поняли, что это их отец, а не просто мужчина, конкурирующий с ними за внимание матери. После возвращения Дэвида они с Пегги отправились во второе «свадебное путешествие» в Мексику.

В военные годы Пегги часто впадала в депрессию из-за постоянного психологического давления: продукты по карточкам, судьба мужа неизвестна, да ещё мать постоянно указывает, что ей носить, как вести хозяйство и как воспитывать детей… Зато она сблизилась со свекровью, так что Джон-младший теперь ревновал жену к невестке. Их объединяла любовь к современному искусству. В 1944 году Эбби передала Музею современного искусства почти все деньги, которыми могла свободно распоряжаться, — около 600 тысяч долларов — и настояла на увольнении его директора Альфреда Барра, не справлявшегося с обязанностями при росте коллекций.