Уже совсем из последних сил он преподнес матери надувной матрас, отцу — новую резиновую лодку, потому что на старой стояли заплаты, и с облегчением вздохнул: «Ну и хватит. Больше нам ничего не нужно». Действительно, к чему, казалось бы, в быстротечной жизни домогаться излишне многого? Однако мы посчитали и выяснили, что из десяти тысяч ему удалось израсходовать только две. «Надо же!» — сказал он не без удивления. Тогда я подбросил идею: а что, если Василий вдруг надумает жениться? «Да, — согласился Саша, — подумаем о подарке». «В таком случае, — сказал я, — почему бы тебе не вручить молодоженам ключи от отдельной однокомнатной квартиры?» — «Нет, — с неожиданной тревогой в голосе сказал Александр, — нам надо жить вместе!» (Как будто, разъединившись, они утратят что-то, без чего окажутся бессильными перед лицом неведомой опасности.) «А если жена брата, — сказал я, — не захочет?» Он тут же успокоился, поднял на меня ясные очи и с безмятежной уверенностью произнес: «Что вы, тогда он на ней не женится!»
В конце концов Саша придумал отличный выход из положения: всю оставшуюся сумму он целиком вложил в «дорогу дальнюю». «Куда?» — «А в Париж!» — «Надолго?» — «Дней на пять». — «Но денег у тебя не менее чем на полгода!» — «Так я же не один поеду: мама, батя, Василий, тетя Тося, тетя Нина, тетя Маня, дядя Кока и еще племянница Веруня. Сам — девятый».
Древние мудрецы говорили: не быть жадным — уже богатство, не быть расточительным — доход.
Нет, Александр не ломал комедию, не прикидывался. Тратя несуществующие деньги, он сохранял себя в том качестве, в каком тратил бы и реальные. Спросите: почему он такой? Я отвечу: потому что семнадцать лет прожил под одной крышей с родителями, которые исповедовали разумные принципы бытия. Они их, правда, специально не формулировали, и не записывали аршинными буквами на бумаге, и не приколачивали в виде лозунгов к стенам квартиры, — но даже тут поступали мудро: они хотели, чтобы сыновья приучались не к словам, а к делу.
Принципы. Борис Васильевич Дудин однажды признался мне, что, оказавшись в больнице с инфарктом, впервые в жизни подумал: что станет с детьми без него? Но, вернувшись домой, отошел от своих грустных мыслей и даже как-то сказал Софье Александровне: «Знаешь, Соня, не бойся, им будет на что нас похоронить». — «Вот дурень! — ответила жена. — Я думала, у тебя больное сердце, а нужно, оказывается, лечить голову».
Принципы.Семья жила без накоплений и не изменила этому принципу даже после того, как прозвучал для старшего Дудина первый серьезный звонок. Менять принципы в зависимости от обстоятельств — последнее дело, а если точнее сказать — высшее проявление беспринципности. Например, много ли, мало ли у Дудиных денег в каждый конкретный момент, а все равно они открыто лежат на серванте. И что же? Принцип порождает принцип: за долгие годы никто ни разу этим не воспользовался. «Бог миловал», — сказала Софья Александровна.