Робб: «Вы сказали правду?»

Оппенгеймер: «Нет».

Робб: «После этого Паш спросил вас: “Ну, теперь складывается немного более стройная картина. Эти люди, которых вы упоминали, те двое, что сейчас с вами [в Лос-Аламосе]. Элтентон сам на них выходил?” Вы ответили: “Нет”. Паш уточнил: “Через других лиц?” Оппенгеймер ответил: “Да”».

«Другими словами, — подытожил Робб, — вы сказали Пашу, что контакты с другими устанавливал Икс [Шевалье], не так ли?»

Оппенгеймер: «Похоже на то».

Робб: «Вы сказали неправду?»

Оппенгеймер: «Да. Все это было чистой воды выдумкой за исключением одного имени — Элтентона».

Когда его клиент уже не знал, куда деваться, Гаррисон наконец вмешался в тягостный допрос и спросил у Грея: «Господин председатель, позвольте высказать короткую просьбу?»

Грей: «Говорите».

Гаррисон вежливо спросил, «позволяют ли правила такого рода процедуры, когда обвинитель зачитывает письменный документ, снабдить нас копией этого документа, пока он его читает. Для заседаний суда это, разумеется, является общепринятым правилом…»

Посовещавшись, Грей и Робб согласились, что в конце дня начальник секретной части мог бы рассмотреть предоставление документа, выдержки из которого к тому времени уже была зачитана Роббом под протокол.

Просьба Гаррисона сильно запоздала и была чересчур угодливой, а потому не помогла освободить клиента из ловушки, которую ему приготовил Робб.

Вскоре Робб с явным наслаждением вернулся к чтению вслух записи разговора Оппенгеймера и Паша.