Как видим, по мысли Бердяева, в противоположность славянофилам, в лице А. Кошелева, якобы, говорившим, что без Православия русский народ дрянь, Достоевский ценил и принимал разный русский народ, видел русский дух и в атеистах, и в социалистах, и в анархистах, и в западниках. Его усмотрение русского духа было всеохватным. Мы не будем сейчас обсуждать правоту или неправоту оценки Бердяевым Достоевского, важно то, что фраза «без православия русский народ — дрянь» связалась с именем Достоевского исключительно по противоположности. По чьему-то невежеству, а скорее — злонамеренности утверждение Бердяева, что Достоевский так не говорил и не думал, превратилось в приписывание ему этого нелепого и отвратительного мнения.

Зададимся вот ещё таким вопросом. А думали ли славянофилы, в частности А. И. Кошелев, так, как приписывает им Бердяев? Ведь репутация Бердяева как путаника, настоящего Хлестакова от философии, хорошо известна, а никакой ссылки на выражение Кошелева он не приводит.

И действительно, не очень долгое исследование приводит нас к тому, что Бердяев не только не приписывал Достоевскому этой фразы, но и саму фразу перепутал, приписав Кошелеву то, чего тот никогда не говорил. Кошелев не говорил ничего о том, что без Православия русский народ дрянь. Знаменитый славянофил первого поколения написал нечто иное: «Без православия наша народность дрянь. С православием наша народность имеет мировое значение». Нетрудно понять разницу между народом как совокупностью живых личностей, объединенных общими свойствами, и народностью, как отвлеченным принципом, выделяющим некоторые из этих свойств. Кроме того, когда речь идет об учении славянофилов, стоит чрезвычайно осторожно преобразовывать понятие «наша народность» в «русский народ» — легко запутаться и ошибиться.

В каком контексте и по какому поводу возникла формулировка А. Кошелева: «Без православия наша народность дрянь. С православием наша народность имеет мировое значение»? Эта формулировка возникла в споре между славянофилами А. И. Кошелевым и И. С. Аксаковым. Уже по одному этому нельзя, как это делает Бердяев, считать взгляд Кошелева характерным для всех славянофилов.

В 1858 году И. С. Аксаков, опубликовал объявление об издании своей газеты «Парус» на 1859 год, в котором провозгласил: «Вполне уважая европейскую мысль и науку и сознавая необходимым постоянно изучать смысл современных явлений, редакция „Паруса“ считает своею обязанностью прямо объявить, что „Парус“, будучи вполне отдельным и самостоятельным изданием, принадлежит к одному направлению с „Русской беседой“, к тому нередко осмеянному и оклеветанному направлению, которое с радостью видит, что многие выработанные им положения принимаются и повторяются теперь самыми горячими его противниками.