Хотя секретариат был невелик по численности, однако с непомерным объёмом работы всегда справлялся в установленный срок. Люди подобрались толковые, энергичные, из них сложился дружный и по-настоящему работоспособный коллектив.

Михаил сначала выполнял обязанность рядового секретаря, потом его повысили до должности старшего. Ему часто приходилось взаимодействовать с сотрудниками соседних секретариатов: наркоматов финансов, внешней торговли и других.

Работали помногу. Обычно на службу приходили к десяти часам утра, а уходили зачастую с зарей. Комитет обороны, и, естественно, его аппарат, решал исключительно ответственные задачи. Он держал постоянную связь с Наркоматом обороны, различными промышленными наркоматами и ведомствами.

Раньше (с 28 апреля 1937 года по 7 мая 1940-го), когда Комитет возглавлял согласно статусу председатель СНК В. М. Молотов, он обладал высокими функциями разрабатывать государственные директивы для всех органов власти, которые затем оформлялись в постановления ЦК партии и правительства СССР. Теперь, с приходом Ворошилова, он занимался мобилизационными планами для народного хозяйства, для чего специально был создан мобилизационно-плановый отдел, начальником которого стал недавний заведующий секретариатом Комитета обороны И. А. Сафонов.

В то время как созданный отдел работал с мобпланами, секретариат «переваривал» всякие текущие дела, разбирался с обильной почтой.

Ворошилов пользовался в стране, у советского народа широкой популярностью. Ему ежедневно приходила масса писем, телеграмм. Многократно увеличился их поток в начале февраля 1941 года, в канун его шестидесятилетия. Дорогого Климента Ефремовича, прославленного полководца (в сознании простых людей он оставался таковым, несмотря на отстранение его от руководства Наркоматом обороны за серьёзные провалы в работе) поздравляли не только его личные друзья, сослуживцы, знакомые, но и коллективы учреждений и организаций, заводов и фабрик, воинских частей, училищ и академий, комсомольцы, пионеры, спортсмены — «ворошиловские стрелки». Поздравления летели в почтовых конвертах, на телеграфных бланках со всех концов страны. Михаил Петров с Сергеем Соколовым едва успевали составлять их перечень для доклада маршалу; знакомиться с ними, сортировать их — об этом не могло быть и речи.

В конце мая 1941-го Петров заболел: нервное перенапряжение и простуда. Пролежал неделю в госпитале, а потом взял отпуск и отправился в Болшевское санаторное отделение, где обычно отдыхали, восстанавливались после болезни работники Комитета.