Как и песни, скорбен, ясен.

Два венца обрел сплетенных,

Оба дивны, но кровавы,—

Ты трудился не для славы,

А для братьев угнетенных.

Им сдавили стоны муки —

Ах! и стоны — преступленье,

Громким эхом во мгновенье

Повторил ты эти звуки.

Каждый стих — предел страданья,

Жгучей болью наносимый,

Ты оплакал до созданья,

Духом свыше осененный.

Скорбный! видишь чудо слова?

Как никто не спрячет снова

Солнца днем,— так не посмеет

Слово смять рука тиранов;

Слово — божье и имеет

Бардов вместо капелланов;

Мрак и холод зимней ночи