Обратите внимание: он пасует себе, сам же открывается для себя, затем лично проходит и бьёт. Не забивает. Зато какой получился фантастический момент!

При этом, строго говоря, драматургия вышла знаковой. Не поддержал его никто в наступлении, не освободился под возможную передачу — он-то и 15 лет назад бодро бы рванул на свободное место. Что ж, так легко и беззаботно забыла его молодёжь?

Не вся. «Миша Гершкович, — вспоминал Стрельцов, — единственный спросил: “Почему ты уходишь, Анатольич?”.

Мне было приятно, что он, игрок в расцвете сил, не понимает: почему я ухожу, недоиграв».

* * *

И всё-таки — справедливость прежде всего. Вопрос прост: Стрельцов действительно не доиграл? И если да, то сколько?

Ответ на самом деле не так прост. Поклонники футбола, несомненно, вспомнят о западных «звёздах», Мальдини, например, или Каннаваро, которые успешно радовали болельщиков до сорока лет. Хвала тому и другому, однако перед нами всё-таки защитники. И те же, допустим, российские оборонцы из ЦСКА скоро, похоже, догонят итальянских рекордсменов. С форвардами всегда было сложнее. Скорость, как ни крути, уходит первой. А нападающий обязан бегать быстрее защитника.

Но главное даже не в этом. А в том, на мой взгляд, что зарубежные современники и коллеги Стрельцова работали в иных условиях, абсолютно непохожих на наши. Вполне сопоставимый со Стрельцовым венгр Пушкаш тоже перед уходом почти разменял пятый десяток. А англичанин Мэтьюз, повесивший бутсы на гвоздь в пятьдесят? Причём даже «злоупотреблявшие» и не соблюдавшие режим бомбардиры немец Герхард Мюллер и северный ирландец Джордж Бест закончили выступления позже Эдуарда Анатольевича.

Конечно, не всё зависит от политической системы и сложившихся традиций. Давайте, однако, обратимся к отечественному опыту.

Итак: Иванов закончил, мы помним, фактически в тридцать два — как и изумительный чемпион Европы-60, краёк на все времена Михаил Месхи. До тех же лет доиграли Эдуард Малофеев с Анатолием Банишевским. Их со Стрельцовым партнёр Анатолий Бышовец превосходную карьеру голеадора завершил к двадцати семи. Виктор Понедельник попрощался с футболом чуть позже — двадцатидевятилетним. Ещё один золотой медалист 60-го года Валентин Бубукин, а также любимый всеми Никита Симонян перешли к тренерской работе в тридцать три — возраст, который невольно начинаешь воспринимать как-то особо. Коли рассудить, то из форвардов-соратников Стрельцова лишь Слава Метревели сумел продлить карьеру до тридцати пяти (спартаковец Галимзян Хусаинов на закате играл полузащитника). Младший их современник Олег Блохин принадлежит всё же следующей эпохе. А больше никто из той плеяды конца 50-х — 60-х не стал полноценным футбольным «долгожителем».