На той же неделе Anthrax выступили на шоу Джимми Фэллона, и это было что-то из области фантастики. Раньше такие передачи даже не принимали звонки от металлических групп. Но теперь было круто раскачивать национальное вечернее телешоу. По какой-то причине Anthrax снова выступали в роли голоса нации. Черт его знает, почему. Может, это было как-то связано с возвращением Джоуи. А может, мы так много времени провели вместе, что все говно осталось в прошлом. Мы пережили альтернативную сцену 1990-х, феномен ню-метала и взрыв инди-рока; всю циничность и негативные чувства, которые вызывали эти два жанра. Мы пережили все и теперь считались легендарной группой – участниками «Большой четверки». Общественное мнение – это все, хоть и звучит пиздец как дико, но с этим не поспоришь. Впервые за многие годы в нас увидели конкурентов. Меня это вполне устраивало.

Концерт «Большой четверки» на «Янки-стэдиум», бесспорно, стал величайшим моментом в моей жизни как для музыканта. Это место было для меня практически вторым домом, по крайней мере, в духовном смысле. Anthrax еще не попали в Мировую лигу металла – Black Sabbath, Metallica, Iron Maiden и Judas Priest по-прежнему удерживают этот титул, – но мы подобрались чертовски близко. В глубине души мы как «Янкиз», на которых я вырос. У нас были годы успеха и годы провала, но мы продолжали бороться. Мы теряли игроков и принимали противоречивые решения. Мы меняли менеджеров и горели на неудачных бизнес-решениях. Но мы по-прежнему здесь, как и наши фэны.

В тот день мы реально чувствовали себя хозяевами поля; чувствовали, что это наш дом. Мы были ебаной нью-йоркской группой. Ясное дело, нам не хотелось выступать первыми, но решали не мы. Хозяевами шоу были парни из Metallica. Они тщательно готовили этот тур. Координировать расписание четырех гастролирующих групп было непросто. Но мы все горели желанием отыграть. Даже Megadeth понимали стратегическую ценность выступления на разогреве у Metallica, и Дэйв Мастейн, страдающий от сильных болей в шее и спине, знал, что должен принять участие в этом концерте.

За пару недель до концерта я написал Ларсу и в шутку сказал: «Слушай, на “Янки-стэдиум” мы хотим поменяться с Megadeth местами. Они будут открывать, а мы будем выступать вторыми. Мы – группа из Нью-Йорка и считаем, что для Нью-Йорка это вполне логично».

Он слегка охренел: «Ээ… ну, ладно, я сделаю пару звонков». Ларс имел в виду, что свяжется с менеджментом, который все организует. Я дал Ларсу попотеть двадцать минут, а потом написал: «Кстати, это была шутка. Я поугарал над тобой. Ждем не дождемся начала».