Главное, что показывали эти и другие добытые разведкой документы, состоит в том, что японцы собирались капитулировать. Если бы этому позволили произойти, кто знает – возможно, император совершил бы харакири. Использование ядерного оружия не имело практически никакого отношения к нежеланию японцев сдаваться или к «спасению американских жизней». Это была грубая, но эффективная демонстрация силы Соединенными Штатами, предупреждение, направленное главным образом в адрес русских, но также и европейцев. Нечасто новая глобальная империя заявляла о своем появлении на мировой арене таким разрушительным образом.

Ненависть к японцам в Соединенных Штатах достигла такого накала, что интернирование граждан японско-американского происхождения на время войны – даже притом что многие из них сражались в американской армии против людей одного с ними этнического происхождения, – было принято большинством граждан США{176}. Если бы США прибегли к подобным мерам в отношении американских мусульман после событий 11 сентября 2011 г., я сомневаюсь, что протесты оказались бы особенно громкими. Было время, когда 11 сентября не сравнил с Пёрл-Харбором только самый ленивый эксперт, так что многие американские мусульмане в самом деле стали испытывать опасения. Вечный младший союзник – Великобритания – официально одобрил шпионаж за мусульманами в школах и университетах, а также по месту жительства, чтобы подчеркнуть, что войны на Ближнем Востоке – это проблема мусульман, почти никак не связанная с внешней политикой США и ЕС. То, что цензура и надзор отныне стали в Великобритании государственной политикой, пользующейся поддержкой всех трех партий в парламенте, многое говорит о том, о чем не принято заявлять открыто.

Отказ брать на себя какую-либо ответственность за войну и разрушения, как правило, отличительная черта империалистических государств. И, как пишет Джон У. Дауэр в своем трезвом и тщательно выполненном исследовании проблемы расы в Тихоокеанских войнах, упоминание о японцах как о народе всегда сопровождалось теми или иными эпитетами. Эта превращенная в психологическое оружие риторика, применявшаяся против японцев, была частью проекта, призванного расчеловечить их – и превратить в нечто непроницаемое и непостижимое. То, что ты не в состоянии понять, должно быть чем-то неполноценным. Большое количество подобных материалов циркулировало в американской и западной пропаганде во время Второй мировой войны.

Еще один упрек в адрес японцев состоял в том, что они в силу своих генетических свойств покорны власти и являются «вечными детьми». Комптон Пакенхэм – британский офицер, вращавшийся в элитных кругах Токио, – в 1945 г. писал для Newsweek длинные очерки, целью которых было уверить читателей в том, что в применении ядерного оружия против японской разновидности «желтой угрозы» не было ничего особенного. Японцам свойственна извращенная психология, их злобный цинизм выглядит отталкивающим, они не похожи ни на одну другую нацию мира. Эллис Захариас, один из ведущих экспертов по Японии в военно-морской разведке США, пришел на выручку с собственными размышлениями, которые порой выглядели просто смехотворно. Японцы представляли собой «странный, непостижимый и причудливый феномен». Дауэр рассказывает, как задолго до Пёрл-Харбора, в 1936 г., на страницах журнала Foreign Affairs Барбара Такман поставила японцам «клинический диагноз», в котором фигурировал среди прочего следующий примечательный параграф: «Умственные процессы у японцев настолько сильно отличаются от тех, что свойственны жителям Запада, настолько полностью лишены того, что на Западе называют логикой, что японцы оказываются способными делать утверждения, которые, как они сами знают, являются ложными, но в которые они при этом искренне верят. Иностранец не в состоянии постигнуть, как это происходит, и тем более не в состоянии объяснить это»{177}.