–
Они проигнорировали его замечание и продолжили подбор присяжных. Папа был назначен судьей. Дело было рассмотрено. Премьер-министр был оправдан{174}.
Во время своего визита мистер Черчилль признался папе, что слабо представлял его в роли президента, пришедшего на смену Франклину Рузвельту. «Я сильно ошибался в Вас, – сказал премьер-министр. – С тех пор никто, кроме Вас, не сделал столько для спасения западной цивилизации»{175}.
Весьма поучительная история. Председателем суда был главный военный преступник, основного обвиняемого оправдали, западная цивилизация вновь попала в надежные руки, и все в мире было хорошо.
То, что и Сталин, и Черчилль, и Эттли также одобрили ядерные удары, не уменьшает вины Соединенных Штатов. Они создали бомбу, они испытали ее, Оппенгеймер разыскал подходящую цитату из индуистских писаний, чтобы выразить таким образом некоторые сомнения[182], пилоты выполнили приказ и зафиксировали формирование ядерного гриба. Стало ли благочинное равнодушие, продемонстрированное в то время гражданами западных стран, еще одним примером глубокой укорененности империалистической идеологии, в которую намертво впаяна расистская и цивилизационная жажда смерти?
За несколько недель до бомбардировки в руки американцев попали секретные японские документы, в том числе сообщение, отправленное японским верховным командованием в Токио некоторым самым преданным и фанатичным полевым генералам, находившимся на Яве. Им сообщали, что Япония собирается капитулировать, но оснований для паники нет. Капитуляцию нужно рассматривать как перемирие, которое может продлиться пять или шесть лет, после чего война возобновится с еще большей силой, на этот раз между Соединенными Штатами и Советской Россией. В этой Третьей мировой войне, как предсказывали в Токио, американцам понадобятся услуги Японии, поскольку Западная Европа не захочет воевать хотя бы из-за страха перед Россией. Поэтому бои развернутся главным образом в восточной части СССР и в Маньчжурии. Японии предстоит сыграть решающую роль. В реальности события развернулись не совсем по этому сценарию, но, подчеркивая общую враждебность к Советскому Союзу и необходимость американо-японского альянса, верховное командование тоже оказалось в чем-то право.