Единственная удача за весь день — удалось вызволить из кольца 8-ю воздушно-десантную бригаду. Подчинив себе парашютистов, Белов указал им полосу для наступления.

Генерал Ефремов известил по радио, что его пехота атакует подступы к городу, несет потери, но продвинуться не может.

Корпус полковника Соколова освободил несколько деревень и приблизился к автомагистрали Москва-Минск в двенадцати километрах западнее Вязьмы.

Ночь, день и еще ночь не затихала канонада. Гвардейцы искали слабые участки вражеской обороны, пытались вклиниться в позиции немцев, используя леса и овраги. Тщетно. Везде упорное сопротивление, плотный огонь.

С передовой везли сотни раненых, их размещали по избам. За сутки выбыло из строя два десятка офицеров. Тяжелое ранение получил командир полка подполковник Данилин.

Лишь в новой дневной сводке промелькнула, как искра, хорошая весть. Гвардейцы 11-го кавполка ворвались в населенный пункт Зубово и вышвырнули оттуда фашистов.

— Самолюбие заело, — сказал Щелаковский. — Полком майор Зубов командует, не мог он не взять деревню своего имени.

— Жаль, что генерала Вяземского среди нас нет, — невесело улыбнулся Белов. — А командир одиннадцатого, если быть точным, не Зубов, а Петр Иванович Зубав, на «а» ударение. Латыш он. Перекрестили его у нас. Поеду к нему, может, что-нибудь полезное усмотрю.

— Только прошу, осторожней.

Дорогу возле деревни Зубово противник контролировал артиллерийским и минометным огнем. Едва показывался там всадник или пеший боец, взметывались фонтаны снега с черными земляными комьями. Можно было пробраться в деревню по редкому лесочку, через который вытаскивали раненых, но появились немецкие бомбардировщики… Павел Алексеевич остался на наблюдательном пункте командира дивизии. И хорошо, что остался. Иначе не возвратился бы до ночи, а скорее всего, не вернулся бы оттуда вообще…

Десять раз налетали на Зубово бомбардировщики. Казалось, они разбили там все постройки и укрытия, уничтожили все живое. В перерывах между налетами черный, дымящийся участок земли молотили немецкие снаряды и мины. И лишь после того как весь опорный пункт был перепахан воронками, фашисты бросили в атаку пехоту и восемь танков.

Исход боя был ясен. Вражеская лавина без труда захлестнет то, что осталось от зубовского полка, немцы восстановят свои позиции. Но случилось невероятное. Гвардейцы-пулеметчики, отсидевшиеся в щелях и подвалах, оглушенные и израненные, пропустили вражеские танки и всю ярость выплеснули на гитлеровскую пехоту. Хлестали по густым цепям, не жалея патронов, резали фашистов кинжальным и косоприцельным огнем, подсекали бегущих.