Договорившись о дальнейших действиях и выяснив волновавшие нас вопросы, мы поспешили к своим…»

Приказ генерала партизанский полк имени Сергея Лазо выполнил добросовестно. Несколько суток вели партизаны непрерывные бои с немцами, прикрывая тыл отходящих войск. Почти семьсот человек потеряли лазовцы в горячих схватках. И только после этого остатки полка покинули свой рубеж и укрылись в лесах.

10

За несколько недель до присвоения офицерского звания юнкерам старшего курса Кенигсбергского авиационного училища было объявлено о дополнительной практике. Вместе со своими инструкторами они сели в самолеты и перебазировались на большой, хорошо оборудованный аэродром. Отсюда самолеты отправлялись бомбить советские войска, двигавшиеся через леса южнее Ельни.

Погода держалась безоблачная, видимость была превосходная. Практиканты бомбили даже ночью, предварительно сбрасывая на парашютах осветительные ракеты — «люстры».

Дивизии Белова шли через лесной массив, огромный и болотистый, протянувшийся иа десятки километров. До войны через эти болота пробирались только лесники да охотники. Но осенью минувшего года, во время боев за Ельню, советские саперы проложили через лес временную дорогу — лежневку. В некоторых местах бревна и жерди успели погрузиться в зыбкую жижу, кое-где гать была разбита еще при осенних бомбежках.

Лежневка кратчайшим путем выводила Белова к Варшавскому шоссе. Саперы на скорую руку восстанавливали разрушенный путь. И все же идти было трудно. Люди скользили и падали в грязь. Лошади ломали ноги, застревавшие между бревен. А тут еще авиация!

При появлении самолетов люди шарахались с настила в лес. Повозки и кони оставались на дороге. Свернуть с лежневки нельзя — топь затянула бы их.

На повозках находились раненые бойцы. В один из налетов, когда бомбы взметывали столбы грязной болотной воды, когда с шумом валились старые березы, из разбитой телеги выполз раненый красноармеец с перевязанной головой и забинтованными ногами. Матерясь и плача от боли, волочил он за собой тяжелое противотанковое ружьё. Кое-как пристроив ружье на развилке сучьев, боец поднялся на колени и послал пулю в гудевший над ним самолет. Силой отдачи бойца свалило на землю, но он, стоная, поднялся снова.

У бронебойщика было всего четыре патрона. И когда он выстрелил третий раз в брюхо вражеской машины, свершилось чудо — громадная птица задымила и бессильно клюнула носом вниз.

Бомбардировщик рухнул в болото, оставив в небе яркие, медленно опускавшиеся парашюты.

Два немецких летчика угодили на вершины деревьев и были смертельно ранены. Третий оказался совершенно здоров, но настолько обалдел от неожиданности, что не понимал вопросов, с которыми обращался к нему переводчик.