— С приказами у них строго. «От» и «до» без всяких отклонений. В этом их сила.

— И слабость, — добавил Кононенко.

— Ты к чему такую побасенку рассказал? — поинтересовался Щелаковский. — Со смыслом побасенка?

— Кононенко, кажется, понял. Давайте попробуем обратить силу противника в его слабость.

14

Немецкий пехотный батальон готовился к наступлению. Перед ним — лежало поле, поросшее редким кустарником. Метрах в шестистах, по опушке леса, оборонялись русские. Посреди поля, между позициями, виляла проселочная дорога.

В полдень на проселке появились два всадника. Немец-наблюдатель доложил о них офицеру. Тот приказал не стрелять, подпустить ближе. Русские ехали неторопливо. Впереди командир на хорошем коне, с пистолетом на ремне. У второго всадника конь был похуже. За спиной — автомат.

В бинокль офицер видел беззаботные лица русских. Те смеялись, разговаривали, не догадываясь об опасности. Офицер приказал захватить их там, где дорога выгибалась дугой к немецким позициям.

Всадников заметили не только немцы. Советские солдаты тоже увидели их. На опушке взвилась ракета, раздались предупредительные выстрелы. Всадники остановились.

— Огонь! — приказал офицер.

Конь русского командира, согнув колени, ткнулся мордой в землю, всадник вылетел из седла и шлепнулся на траву. Второй кавалерист, пригнувшись, мчался среди кустов и скоро исчез за деревьями.

В бинокль хорошо было видно, как дернулся конь и затих, перестав сучить ногами. Русский, вылетевший из седла, долго лежал неподвижно, словно мертвый. А потом вдруг вскочил и, прихрамывая, побежал к своим. Гитлеровцы снова начали стрельбу. Русские ударили в ответ из двух пулеметов. Разгорелся огневой бой.

Случай, в общем-то, ничего особенного не представлял. Советские разведчики или связисты напоролись неожиданно на противника. В лесу при маневренных действиях подобное бывало нередко. Но фашистов насторожило, что русские солдаты под прикрытием пулеметов дважды пытались подобраться к убитой лошади. Однако лежала она на открытом месте, подходы хорошо простреливались, русские оба раза вынуждены были отступить в мелколесье.

Вскоре батальон поднялся в атаку и выбил советских солдат с опушки. Командиру батальона доложили, что убитая лошадь подседлана хорошим седлом, а в кобуре седла найдена легкая полевая сумка, какие носят обычно русские офицеры.

Документы, обнаруженные в полевой сумке, были отправлены в штаб полка. Не прошло и часа, как оттуда посыпались запросы: где, при каких обстоятельствах захвачены присланные бумаги? Еще через час, доставленные специальным самолетом, бумаги эти лежали перед командующим 4-й немецкой армией. Среди документов был приказ, подписанный Беловым, Щелаковским и Вашуриным. Подлинность его не вызывала сомнений — все три подписи фашистам были известны.