Ушли из Екатеринодара под давлением значительных сил красных, под сосредоточенными ударами вдоль четырех линий железных дорог: Черноморской, Тихорецкой, Кавказской и Новороссийской, и лакомый кусочек – сердце Кубани – ценою огромных потерь достался врагу. Защищать Екатеринодар при отсутствии снаряжения, рискуя разрушить город и уничтожить значительную часть населения, – смысла не было. Необходимо было сохранить здоровое ядро белых бойцов, отсидеться, а тогда снова начать борьбу за овладение потерянными пространствами и за восстановление попранных человеческих прав.

В поисках Донского отряда, уходя от преследования красных и натыкаясь всюду на вражеские силы, естественные преграды и терпя неудачи, мы кружили за Кубанью, достигая Кавказских предгорий среди черкесских аулов и «великорусских» станиц. Но оттуда мы снова вернулись, чтобы вдруг продемонстрировать свою силу перед Екатеринодаром и засвидетельствовать оставленным на произвол большевиков мирным жителям о своем существовании. Кошмарные бои, с потерями и безнадежностью на будущее для нас, тревожные ночи для жителей в результате принесли какой-то плод: вероятно, об этих боях услышал Корнилов.

Еще раз произведя демонстрацию, мы двинулись в горы, где поджидавшие красные начали сжимать нас со всех сторон. Казалось, выхода больше не было. Уже цепи красных, охватывая отряд, приближались к сгрудившемуся в ложбине обозу, когда вдруг все, как один, движимые какой-то непонятной силой, бросая скарб и телеги, бросились навстречу красным: оказывается, весть о приближении Донского отряда, внезапно распространившаяся среди кубанцев, достигла обоза и превратила его в действующую единицу. Спускавшиеся в лощину цепи красных, не ожидавшие больше отпора, отхлынули и исчезли. Путь на соединение с Корниловым оказался открытым. Обе части будущей Добровольческой армии слились в одно целое, были встречи братьев, друзей, однокашников, казалось навсегда утерянных.

Слияние практически совершилось в станице Ново-Дмитриевской, взятой Донским отрядом в тяжелом бою. Две боевые силы, как две сестры, родившиеся в степях, одна – Дона, другая – Кубани, должны были оставить свои казачьи станицы произволу красных. Обе они ушли в поисках; первая – Кубани, другая – просто спасаясь от уничтожения. Донская армия проделала, считая часть территории Донской области, более долгий путь от Ростова до места встречи, чем армия Кубанская, которой не было иного пути, как горы. У первой был лишний шанс, идя на Кубань, найти сестру по оружию; сначала на Екатеринодар, а затем, узнав о его сдаче, в поисках кубанцев. От слияния обеих частей как раз в момент самых тяжелых испытаний их самостоятельного существования, когда казалось, что и сама природа противилась этому, образовалась мощная Добровольческая армия. Здесь, собственно, Кубанский отряд и вступил в 1-й поход, начатый Донским отрядом в Ростове.