Перед смертью он успел отправить письма близким. «Патриотизм заставил изнурить все силы мои, – пишет он 24–26 января 1807 года мужу сестры своей умершей жены Анны, директору Российско-американской компании (РАК) Михайло Булдакову, – с надеждой, что правильно поймут и надлежаще оценят; я плавал по морям, как утка; страдал от голода, холода, в то же время от обиды и еще вдвое от сердечных ран моих».
Патриотизм заставил изнурить все силы мои
с надеждой, что правильно поймут и надлежаще оценят; я плавал по морям, как утка; страдал от голода, холода, в то же время от обиды и еще вдвое от сердечных ран моих
Кто-то может подумать, что «сердечные раны» были связаны с оставленной им в Калифорнии красавицей Кончитой, к которой он питал искреннее расположение. Но «сердечные раны» – совсем не о ней. «Из моего калифорнийского донесения не сочти меня, мой друг, ветреницей, – продолжает камергер. – Любовь моя у вас, в Невском под куском мрамора, а здесь – следствие ентузиазма и очередная жертва отечеству. Контенсия мила, добра сердцем, любит меня, и я люблю ее и плачу, что нет ей места в сердце моем».
Из моего калифорнийского донесения не сочти меня, мой друг, ветреницей
. – Любовь моя у вас, в Невском под куском мрамора, а здесь – следствие ентузиазма и очередная жертва отечеству. Контенсия мила, добра сердцем, любит меня, и я люблю ее и плачу, что нет ей места в сердце моем
Анне Григорьевне, первой жене Резанова, о которой здесь говорится, в год, когда они поженились, как и Кончите Аргуэльо, тоже едва исполнилось 15 лет. Резанову было 30. Он был красив, родовит, удачлив и небогат. Анна была дочерью очень богатого сибирского купца Шелихова. Она умерла в октябре 1802 года, вскоре после рождения их второго ребенка, и была похоронена в Петербурге. «Восемь лет супружества нашего, – свидетельствовал Резанов, – дали мне вкусить все счастие жизни сей как бы для того, чтобы потерею ее отравить наконец остаток дней моих».
Восемь лет супружества нашего, –
, – дали мне вкусить все счастие жизни сей как бы для того, чтобы потерею ее отравить наконец остаток дней моих
В ожидании бессмертия
В ожидании бессмертия
К моменту встречи с Кончитой в марте 1807 года Резанову уже 42. Он измотан тяжелым путешествием, измучен духовно и физически и обликом своим вовсе не походит на романтического героя-красавца. Есть свидетельство, что «он похудел так, что одежда на нем болталась, будто на скелете, из-за цинги кровоточили десны, а все тело покрыла какая-то сыпь. К тому же командор был почти лысым – при дворе давно носил парики, которые специально заказывал в Англии, и по причине подагры хромым – ходил, опираясь на трость. И все же юная дева его полюбила. За что? Кто же решится дать полностью достоверный ответ на этот вопрос.