Столичные протестанты божились, что «скорее умрут, чем станут страдать под испанским игом». Католикам такая перспектива нравилась не больше. Один английский путешественник, посетивший в эти времена испанский двор, прислал в Англию яркое описание того, во что может превратиться дворец Марии, если Филипп и его испанцы дадут там себе волю. Аккуратных и исполнительных королевских слуг, чиновников и прочих прогонят, а на их место придут испанцы: фальшивомонетчики, поджигатели, наводчики, воришки и сплетники, «все отвратительные бездельники», каждый с початой бутылкой, повешенной на шею. Этот пьяный сброд заполнит дворы и галереи дворца, а испанская стража — «похабные, грубые звери» — откроет ворота для «нищих, порочных типов и вообще для всех негодяев». Оглянуться не успеете, как во дворцовых залах начнут продавать хлеб и пиво, а дворы заполнят быки, коровы, «грязные свиньи», овцы, козы, кошки, собаки, гуси, утки, петухи и куры! Все это будет под окнами покоев Марии «чесаться, рыть землю рылом, вопить и блеять».

Мнения разделились. Одни считали появление испанцев при дворе нелепым, а другие (их было большинство) просто ужасающим. Испанский стиль правления издавна считался деспотическим, а испанские правители — тиранами. По юго-западу распространялся слух, что скоро здесь появятся испанские воины в кольчугах и начнут сгонять крестьян с их земель. В Плимуте, где все надеялись (и дворяне, и простые люди), что Мария выберет себе в мужья Кортни, начались волнения. Все кончилось тем, что мэр и главы гильдий через Ноайля отправили французскому королю тайное послание с просьбой взять город под свою защиту. В послании говорилось, что горожане Плимута полны решимости не принимать испанского принца и не подчиняться его приказам, а местные дворяне готовы их поддержать.

Что касается Франции, то для нее перспектива перехода Англии под владычество Габсбургов была в высшей степени тревожной. Получив известие о помолвке, Генрих II «сильно опечалился и сделался немногословным, его неудовольствие предстоящим браком английской королевы и испанского принца было до чрезвычайности огромным». Он имел долгий разговор с английским послом Николасом Воттоном, указав на то, что «супруг может добиться от жены очень многого» и что для Марии, как и для любой другой женщины, будет очень трудно «отказать супругу в чем-то, что он потребует от нее». Филипп, например, определенно захочет попросить Марию передать под его командование английскую армию и флот, чтобы помочь своему отцу воевать против Франции. Очень скоро вместо Марии Англией будет править Филипп.