«В случае, если супруг или супруга нарушит взятые на себя обязательства, — вопрошал один из парламентариев, — при том, что каждый из них является в своей стране монархом, кому следует предъявлять иск?» Дело в том, что арбитра в подобных спорах (особенно касающихся военной стороны дела) просто не существовало, поскольку оба супруга были суверенными правителями. Защищать Филиппа не было необходимости, чего нельзя сказать о Марии. 16 ноября с королевой встретилась делегация палаты общин, во главе со спикером Поллардом, в сопровождении десятка или чуть больше королевских советников. Они намеревались убедить Марию изменить решение и не выходить замуж за Филиппа. Их миссия была изначально обречена на неудачу, потому что Мария уже дала торжественную клятву вступить в брак и большинство советников после некоторых уговоров это решение поддержали. К сожалению, спикер, готовя свою речь, об этом не знал, так же как и остальные члены палаты общин.

Поллард говорил очень длинно и напыщенно, продемонстрировав «высокое искусство риторики и иллюстрируя свою речь историческими примерами». Он сказал, что народу будет неприятно иметь в качестве консорта королевы иностранца, что ненавистные члены окружения принца наверняка «захотят распоряжаться Англией». Если Мария умрет, не оставив детей, ее супруг не станет терять времени и тут же перевезет в свою страну деньги, пушки и вообще все более или менее ценное. На правах супруга он вполне может вывезти из страны и ее, а если королева оставит его вдовцом с малыми детьми, наверняка попытается узурпировать престол.

Мария слушала его излияния, оставаясь внешне спокойной, по внутри раздражаясь все сильнее и сильнее. К несчастью, Поллард забыл свои записки дома и поэтому был вынужден импровизировать. Позднее она сказала Ренару, что спикер утомил ее «своими обильными запутанными и ненужными аргументами» и что она нашла их «вызывающими досаду и оскорбительными». Пока он говорил, Мария обдумывала ответ, пункт за пунктом, поскольку решила отвечать сама, не придерживаясь обычной практики, когда ответ спикеру давал не монарх, а канцлер. Когда Поллард наконец закончил, она поднялась, чтобы обратиться к собравшимся.

Вначале Мария сухо поблагодарила парламентариев за совет (не выходить замуж), но остальное в речи спикера она «нашла очень странным». Ну, во-первых, не в традициях парламента было рекомендовать королеве, за кого ей следует выходить замуж. Это «не принято и невежливо». Мария говорила гневно и с сарказмом. В истории нет прецедентов вмешательства парламента в дело выбора консорта, даже когда правитель был несовершеннолетним. Все присутствующие здесь должны согласиться, что акция, предпринятая палатой общин, является беспрецедентной и совершенно неуместной. Более того, если бы ее вынудили выйти замуж за человека, который ей не нравится, она бы не выдержала и трех месяцев и умерла, оставив королевство в плачевном состоянии, причем не выполнив основную цель брака, а именно рождение наследника. На этой фигуральной угрозе она и закончила свою речь, напоследок заверив спикера и его коллег, что о благе государства печется не меньше, чем они, а в вопросе своего замужества, как и во всех остальных делах, будет руководствоваться Божьим промыслом.