Были полки, между которыми наблюдалось соперничество и даже некоторая натянутость отношений. Так, не очень жаловали друг друга кавалергарды и конногвардейцы, уланы и конногренадеры, преображенцы и мы. Между нами и преображенцами отношения были подчеркнуто корректные, но близости никакой. И это притом, что зачастую нами командовали бывшие преображенцы, а преображенцами наши. Нужно сказать, что, когда оба полка выступили в поход, все разногласия исчезли бесследно и сами собою. На войне «чада Петровы» дрались бок о бок и чувствовали себя братьями, какими они и должны были быть.

У многих полков были прозвища, которые держались главным образом в солдатской среде. Измайловцев, за их белые околыши, называли «хлебопеками». Нас, семеновцев, почему-то «кузнецами», а преображенцев – «захарами». Кличке этой имеется псевдоисторическое объяснение. Существовало шуточное предание, что будто бы императрица Елизавета Петровна, которую гренадерская рота преображенцев возвела на престол, получив за это название «лейб-компании», приехала раз в казармы поздравить своих лейб-компанцев с праздником. Случилось это 5 сентября, в день Захария и Елизаветы, в именины самой царицы. Получив от солдат поздравление, она поинтересовалась, нет ли между ними Захаров, дабы поздравить их в свою очередь. Как только она это сказала, вся рота, как один человек, выступила вперед. Захарами оказались все. «Захары», и солдаты, и офицеры, принимали свою кличку добродушно и нисколько на нее не обижались.

Почти все, что я здесь описываю, прошло и быльем поросло и, разумеется, никогда не возвратится. Возвратиться этому так же невозможно, как невозможно, чтобы нынешние современные молодые люди оделись бы вдруг в чулки и пудреные парики, а женщины в высокие корсеты и кринолины. Жизнь идет вперед. Написанное здесь есть маленькая страничка из быта дворянской России, с которой быт прежних гвардейских офицеров был органически и неразрывно связан. Быт есть тот фон, на котором пишется история, а потому и заслуживает быть правдиво и беспристрастно описанным.

Подпоручик Николай Ильин – редактор царской телеграммы

Подпоручик Николай Ильин – редактор царской телеграммы

Со мною в корпусе учился кадет Николай Ильин. Он был на класс моложе меня. Знал я его хорошо, главным образом потому, что один год, когда я был в 5-м, а он в 4-м классе, по общему ротному ранжиру мы стояли в строю рядом, а в спальне получили рядом кровати. На следующий год осенью, когда мы все вернулись с летних каникул, Ильин во всей 1-й роте оказался по ранжиру чуть не 5-м. Как это часто случается с детьми, он в три месяца вытянулся на полголовы и, продолжая расти буйно, кончил корпус правофланговым.