С приходом к власти в Чечне Ахмада Кадырова, а затем (после его смерти) его сына Рамзана, который стал премьер-министром, положение дел в республике резко изменилось. Федеральные органы власти и федеральные вооруженные силы, действуя совместно с чеченскими подразделениями, подчиненными Рамзану Кадырову, приступили к планомерному уничтожению командиров боевиков — тех, кто не пожелал переходить на сторону Кадыровых. Среди уничтоженных были и Масхадов, и Басаев.

Можно ли считать, что чеченская рана перестала кровоточить? К моменту написания этой книги продолжались отдельные террористические вылазки и в Чечне, и в Ингушетии, и в Дагестане, куда переместились некоторые полевые командиры. Объектом террористических действий стала и Северная Осетия — трагедия в Беслане, где террористы захватили школу, потрясла весь мир. Но война, как таковая, в Чечне уже закончилась. Трудности, конечно, сохраняются. Но что самое главное — удалось отдалить большую часть чеченского населения от боевиков, что, несомненно, является предвестием их полного и окончательного поражения.

Переговоры с МВФ: топтание на месте

Переговоры с МВФ: топтание на месте

Чеченская проблема начала оказывать все более негативное влияние на наши отношения с рядом западных государств уже после того, как правительство, которое я возглавлял, ушло в отставку. Однако бомбардировки Югославии состоялись во время пребывания правительства у власти. И это создало не лучший международный климат для деятельности кабинета. Мало оптимизма вызывали и затянувшиеся переговоры с МВФ.

Наше правительство образовалось, когда уже был накоплен достаточный опыт взаимоотношений России с Международным валютным фондом. Россия получала кредиты. Они сопровождались рекомендациями МВФ, с которыми российские экономические руководители, как правило, соглашались, даже когда была очевидна их неосуществимость. При этом высоко ценилось, что никто жестко не спрашивал, на что используются кредиты. Я бы назвал это полюбовным сотрудничеством, при котором оба партнера, зажмурившись, оставались довольны друг другом.

Положение начало меняться после августа 1998 года. Передо мной интервью директора-распорядителя МВФ М. Камдессю газете «Монд» от 27 октября 1998 года. Он заявил, что при управлении кризисом не следует ограничиваться лишь макроэкономическим подходом. Следующее его «откровение» заключалось в некоторых ретроспективных оценках экономической ситуации в России, прозвучавших впервые: либерализация капиталов проводилась дезорганизованно, подчас вопреки здравому смыслу; МВФ никогда не приветствовал чрезмерную либерализацию спекулятивного капитала.