Между тем, в Петербурге трон занимает Павел. Кочубей обласкан, ему пожалован одновременно чин действительного тайного советника и орден Св. Александра Невского, но фавор у Павла редко долговечен. Императора разгневала записка Кочубея, в которой тот указывал на недостаток устройства южных окраин России; «огонь был большой», пишет Безбородко Кочубею после того, как по настоятельной просьбе последнего доложил государю его записку, но так же быстро Павел сменил гнев на милость — весной 1798 г. он согласился на назначение Кочубея в Коллегию иностранных дел.
Когда Виктор Павлович прибыл в Петербург, он получил приглашение в Павловск, где его ожидал Александр. Н. Чечулин, автор статьи о Кочубее в «Русском биографическом словаре», пишет: «Император дважды встретил его у великого князя и, казалось, был очень доволен их сближением; однажды он провел в беседе с ними около часа и, уходя, сказал Кочубею, что очень желал бы, чтобы он был при его сыне тем же, чем при нем самом Безбородко, так чтобы им составить une espèce de quatuor[42]. Конечно, беседы Кочубея с великим князем касались по преимуществу государственных дел; вероятно, в связи с ними находится “Записка об управлении государством”, несколько листов черновика которой, писанных рукой самого Безбородко, сохранились в бумагах Кочубея, — на них сделана им пометка, что записка эта составлена по просьбе великого князя в 1798 году».
Под «своеобразным квартетом» Павел, видимо, подразумевал себя, великого князя, Безбородко и Кочубея. Но наследник уже собирал свой «квартет» — «молодых друзей».
* * *
Кто еще входил в этот избранный круг?
В Париже Строгановы нашли воспитателя для ребенка, и им оказался Жильбер Ромм — в ту пору скромный частный учитель, а в будущем — один из идеологов и активных участников Французской революции.
Но приехав в Петербург, родители расстались, и, чтобы скрыть скандал, глава семейства с сыном и его воспитателем отправились в путешествие по России. Они посетили Олонецкую губернию, Ладожский канал, Финляндию, Москву, Нижний Новгород, Казань, оттуда направились в Пермскую губернию, где у отца числилось до 23 тысяч крестьян, ездили дальше к Алтаю и Байкалу. В следующем году побывали в Валдае, Новгороде, Москве и Туле, в Малороссии, Новороссии и в Крыму. Позже Павел Алексеевич вместе с Роммом снова отправились за границу. Поселившись в Женеве, молодой Строганов изучает богословие и немецкий язык, но также химию, физику, ботанику и минералогию — что в Швейцарии особенно удобно, а на досуге занимается фехтованием и верховой ездой, совершает поездки в горы, осматривает заводы, фабрики, копи и другие промышленные предприятия.