В течение последующих нескольких лет Фрейд жаловался на несварение, вероятно обусловленное американской кухней, и вынужден был несколько раз «лечиться» в Карлсбаде[207].

Ференци

Ференци

Состоявшийся в Нюрнберге второй международный конгресс (первый был проведен в Зальцбурге в 1908 г.) побудил Фрейда написать Ференци 3 апреля 1910 г.:

«Нюрнбергский рейхстаг подвел черту под юностью нашего движения. Я надеюсь, что теперь для Вас наступят благодатные и счастливые времена».

В сентябре 1910 г. Фрейд вместе с Ференци отправился на Сицилию, где они смогли увидеть не только Палермо и Сиракузы, но и насладиться видами прекрасных греческих храмов в Седжесте, Агриганте и Селинунте.

Когда Фрейд путешествовал, особенно по Италии, он жадно наслаждался не только красотами пейзажей, но и прежде всего прекрасными произведениями искусства. Он не упускал ни малейшего шанса воспользоваться возможностями, которые были закрыты для него в годы лишений.

Когда Фрейд подбирал себе спутника, он стремился к тому, чтобы тот соответствовал ему по темпераменту, до некоторой степени разделял его интересы и не выдвигал непомерных требований. С ростом числа членов Международной психоаналитической ассоциации во время своего летнего отдыха Фрейду приходилось встречаться со все большим числом представителей разных стран. Некоторые из его близких друзей также стали его последователями. Работая со своими пациентами, они чутко прислушивались к его мнению. В то время, когда личный анализ еще не рассматривался в качестве необходимого условия становления молодого аналитика и когда Фрейд был единственным человеком, способным проводить тренировочный анализ, они также использовали переписку с ним как замену личному анализу.

Джонс, который на страницах написанной им биографии Фрейда довольно критично отзывался о Ференци, особенно о его поведении во время совместной поездки по Сицилии, описывал свой собственный визит в семью Фрейда, состоявшийся перед поездкой в Сицилию во время их отдыха на побережье Голландии: «Я провел с ними несколько дней… и у нас с Фрейдом состоялось много интересных бесед. Я обрушил на него бесконечный поток вопросов, на которые он отвечал с необычайным терпением». [Курсив добавлен. – М. Ш.]

Столь же необычайную выдержку Фрейд демонстрировал и в других случаях. Когда я изучал его переписку, готовя материалы для этой книги, то не переставал удивляться его способности находить время для ответа буквально на каждое приходившее к нему письмо даже в тех случаях, когда к нему обращались не с научными вопросами, а с проблемами личного характера.