Однако во время путешествий, на протяжении которых Фрейд не только отдыхал, но и набирался новых впечатлений, требовавшихся его пытливому уму как пища для последующих творческих размышлений, определенная защита была ему необходима. Он не мог запретить появляться своим снам и отказаться от самоанализа, но не в состоянии был и потакать всем капризам своих спутников по путешествию.
Во время их совместного путешествия Ференци в этом отношении оказался, видимо, не самым подходящим компаньоном. Письмо Фрейда от 6 октября 1910 г., вероятно, было написано в ответ на полученное перед этим письмо с извинениями от Ференци, написанное тем сразу по возвращении в Будапешт.
Дорогой друг.
Поразительно, насколько лучше Вы выражаете свои мысли в письме, нежели при непосредственном общении. Безусловно, мне было известно очень многое или даже большая часть того, о чем Вы пишете. Поэтому теперь мне необходимо предоставить Вам лишь некоторые пояснения. Почему я не разругался с Вами, не открыв тем самым путь к взаимопониманию? Несомненно, это была моя слабость. Я отнюдь не чародей психоанализа, как Вы себе это представляете; я также не сумел преодолеть встречное перенесение. Я могу обходиться с Вами подобным образом не более, чем мог бы делать это с любым из трех моих сыновей, поскольку слишком сильно их люблю и мне было бы жаль так с ними поступать.
Вы не только подметили, но и верно объяснили наличием травматических к тому оснований отсутствие у меня
Вдобавок Вам следует знать, что я чувствовал себя не так хорошо и страдал от кишечных расстройств больше, чем хотелось бы признать. Я всегда говорю себе, что тот, кто не может справиться со своим Конрадом[208], не должен отправляться в путешествия. Именно здесь можно было бы разоткровенничаться, но мне не кажется, что Вы смогли бы удержаться от проявления слишком большого беспокойства за меня.