Конечно, и отец, и все поддержавшие эту идею предвидели, что при реализации каждой из частей такой системы могут возникнуть огромные трудности. Но, во-первых, эти люди привыкли преодолевать их и, взявшись за дело, умели довести его до успешного завершения, во-вторых, возможности, которыми обладает такая система, – колоссальны, и никакие трудности не должны пугать.

Несколько таких спутников имели бы возможность уничтожить до тысячи и более баллистических ракет в течение нескольких секунд. Причем для системы безразлично, стартует ли ракета из шахт, с подвижных пусковых установок или из-под воды, она способна уничтожать любые объекты в космосе.

Были и противники – академики М.В. Келдыш и М.Д. Миллионщиков с небольшой охотой брались за решение этой проблемы, считая, что невозможно создать «абсолютное оружие». Отец соглашался, что никакое оружие не является абсолютным и через какое-то время потенциальный противник, создав аналогичный спутник, может начать борьбу с предложенной системой. Но ведь вполне возможно, что такая система будет построена противником раньше нас. Тогда он получит колоссальное преимущество, нейтрализовав всю мощь нашей баллистической ракетной техники. Так что даже для того, чтобы бороться с таким оружием, его необходимо создать.

Для реализации этого проекта отец предлагал создать Научно-исследовательский центр вне Москвы, например в районе Черноголовки. Центр подчинить Министерству авиационной промышленности СССР и возложить на него еще и задачи комплексного управления любыми космическими военными объектами, например такими, как космический бомбардировщик типа «Спираль». Предполагалось объединить около 2500 разработчиков из Бюро Савина и Института теоретической кибернетики Министерства авиационной промышленности СССР в одно КБ и подчинить ему опытное производство типа завода «Мосприбор». То есть создать коллектив в 4–5 тысяч человек с мощной производственной базой. За полгода можно разработать аванпроект, а за два-три года в содружестве с Мишиным и Буткером вполне по силам практически решить поставленную задачу.

Пришлось затронуть и личные вопросы. Отец писал Ю.В. Андропову, что он до сих пор не смог добиться восстановления ученых степеней и мог бы защитить их заново – материала у него достаточно, но все его документы об окончании академии и т. д. выписаны на прежнюю фамилию – Берия. Поэтому отец просил содействия: «Товарищ Елютин (ВАК) также мне это обещал, если будет Ваше добро». Написал он и о лишении его воинского звания и всех наград, хотя официального решения на это не было, просто не вернули: «Я не хотел бы, чтобы у Вас сложилось впечатление, что технические предложения я как-то пытаюсь увязать со своими личными вопросами. Просто я нахожусь в таком положении, что без решения моих личных вопросов я не имею возможности участвовать в решении этих технических вопросов, а в них сосредоточены все мои интересы, вся моя жизнь». Восстанавливать ученые и воинские звания никто не стал. И награды не вернули. Но разрешили упоминать о них в официальных документах – анкетах, автобиографиях…