Я бегу к своему орудию. Вижу, как на площадь выскакивают женщины с простынями и, растянув их, машут ими – сигнал летчикам, дескать, куда же вы бросаете бомбы – здесь же ваши. А самолеты опять заходят, чтобы повторить свою безумную ошибку. Вот выскакивает на площадь какой-то капитан с винтовкой, лицо разъяренное, целит в самолет, но, осознав абсурдность своей затеи, обрушивает каскад брани по адресу летчиков.

Мы тоже кипим негодованием, нас тоже бесит наша беспомощность, но что можно сделать?.. Самолеты скрылись, нанеся потери своим же… Забегая вперед, вспомнил, когда я лежал в госпитале в городе Ставрополе раненым, через открытую дверь нашей большой палаты увидел военного в форме летчика, кому-то из раненых дававшего знаки выйти к нему. И вот мимо меня прошел смеющийся офицер из числа раненых и направился к летчику. На обратном пути я спросил его, почему он смеется. Он ответил, что в дверях стоял один из тех летчиков, которые по ошибке бомбили корниловцев, и он теперь боится их, тем более что здесь имеются его «пациенты».

Летчики же оправдывались тем, что им при вылете было дано задание бомбить скопление противника перед мостом и никто из них не думал, что наши части смогут так скоро занять станцию и поселок.

Пройдя после ликвидации «пробки» мост через реку Кубань и простояв на занятой позиции до вечера, вернулись в поселок и остановились у ближайшей к мосту железнодорожной будки (шагов 400 от моста). Наша задача – охрана моста. Забаррикадировали орудие имевшимися при будке шпалами и расположились на отдых. Начальник заставы, охраняющий мост, держит с нами связь.

Поздно вечером со стороны моста и неподалеку от нас раздалось несколько ружейных выстрелов и вслед за тем к нам прибежал запыхавшийся по виду корниловец-пехотинец и срывающимся голосом сообщил, что он был в карауле на мосту и туда пробрались красные и нашу заставу уже, наверное, перебили, а вот он, отстреливаясь, убежал, чтобы нам доложить об опасности. Тяжело дышал и испуганно ерзал. Сразу бросилось в глаза, что тут что-то не так. Вырвав у паникера винтовку, наш командир приказал отвести его в находящийся в квартале от нас штаб батальона для выяснения личности, а мне со связным от заставы быстро пройти к мосту.

Когда мы прибыли туда, там было очень неспокойно: суетились солдаты, встревоженные выстрелами и отсутствием начальника заставы… Но вот появился и он и сразу успокоил всех. Была ложная тревога, и никакой опасности нет.

На другой день узнали, что задержанный нами паникер оказался большевистским агентом. Создать панику среди наших частей ему не удалось, так как не поддержали его сотоварищи. В самом поселке была раскрыта подпольная организация красных, центр которой находился при паровозном депо.