23 октября противник не возобновил своих попыток разбить наши войска на левом фланге. Стремясь обойти наш левый фланг с целью зайти в тыл и разбить наши главные силы, петлюровцы свой фланг сами подставили нашим войскам Новороссийской области; потерпев там неудачу, теперь были озабочены общим их положением. Окончательное поражение Петлюры было несомненно в ближайшем будущем. Теперь наше командование собиралось нанести сокрушающий удар собравшейся у Могилева-Подольского группе петлюровских войск. Вот поэтому полковник Туган-Мирза-Барановскому даны были новые инструкции и новое назначение: оставаясь командиром Крымского конного полка, он назначался начальником отряда, получившего название «Днестровский», в который должны были войти, кроме Крымского конного полка, еще 2-й Таманский конный полк Кубанского казачьего войска, 2-й Лабинский конный полк Кубанского казачьего войска[524], конвой генерала Слащева (две сотни), 11-я рота 1-го Симферопольского офицерского полка, Житомирская рота Сводного батальона 14-й пехотной дивизии и четыре орудия 8-й батареи 4-й артиллерийской бригады (два орудия при Крымском конном полку и два орудия при 2-м Таманском полку). Обещанные еще другие подкрепления были настолько анекдотичны, что были за ненадобностью возвращены обратно и о них не стоило и вспоминать. 23 октября противник не проявлял никакой активности. 24 октября есаул Мезерницкий[525] с конвоем генерала Слащева (две сотни) и двумя сотнями 2-го Лабинского конного полка Кубанского казачьего войска получил особую задачу обхода правого фланга противника. Остальные 4 сотни 2-го Лабинского полка со своим командиром еще не прибыли. 25 октября все части отряда полковника Туган-Мирза-Барановского (новый Днестровский) выступили для занятия района деревни Антоновки, которая оказалась свободной от противника, 3-й эскадрон, посланный на деревню Вилы, занял эту деревню; также и из деревни Вилы противник ушел.

26 октября полк в составе всего отряда выступил по направлению на деревню Володиевцы. Была сильная вьюга, но мороза не было и на дорогах была густая, липкая грязь; переход был тяжелый, и только к наступлению сумерек части отряда подошли к деревне Володиевцы. Деревня была занята противником. Командир полка приказал крымцам, усиленным двумя сотнями таманцев, атаковать находящихся в Володиевцах петлюровцев и выбить их из деревни. Два наших артиллерийских взвода поддержали нашу пешую атаку. Противник, расположившийся уже на ночлег, никак не ожидавший вечернего нападения, наспех собравшись, поспешно, кто на телегах, кто пешком или верхом, выскакивали из деревни. Наши части помешали петлюровцам приступить к своему ужину, который они побросали при спешном своем бегстве. В доме священника, где остановился штаб полка, в столовой был накрыт стол, стоял самовар, на столе какая-то скромная закуска. По словам батюшки, у него в доме находился штаб какой-то войсковой украинской части; командир и офицеры штаба собрались было пить чай, как вдруг по тревоге все выскочили из дома, а затем и из деревни. 3-й эскадрон был послан преследовать противника, но на своих измотавшихся лошадях не догнать было мчавшихся на подводах петлюровских солдат, а орудия их, стоявшие у окраины деревни, снялись сразу же при звуке первых выстрелов. На ночь были выставлены заставы от 11-й роты 1-го Симферопольского офицерского полка и от Житомирской роты Сводного батальона 14-й пехотной дивизии. 1-й эскадрон со взводом пулеметов был послан в лес к юго-западу от деревни Володиевцы для обеспечения нашего левого фланга. Штаб 2-го Таманского полка расположился почти рядом со штабом командира нашего полка. При встрече оба командира делились своими впечатлениями, и полковник Апухтин рассказал, как ему удалось вдвое увеличить боеспособность таманцев. При приеме полка оказалось, что две пешие сотни никакого участия в боях полка не принимают, а постоянно находятся при обозе, так как у казаков этих сотен совершенно износилась обувь, получить новую не могут по той причине, что казаки на службу приходят в собственном обмундировании и снаряжении. Узнав об этом, полковник Апухтин немедля потребовал от интендантства войск Новороссийской области 250 пар обуви, указав на срочность этого требования. На это требование сразу получилось благоприятное решение, и 2-му Таманскому полку было выдано 250 пар башмаков с обмотками. Хотя и непривычными для казаков были эти башмаки, а особенно обмотки, но все же казаки были рады получить хорошую, крепкую обувь, а к обмоткам можно и привыкнуть. Лучше быть в строю обутыми, чем сидеть босыми в обозе. Сразу 2 пешие сотни в полном составе стали в строй и этим вдвое увеличили боевую силу своего полка, так как конные сотни в своих рядах имели не больше чем по 50 казаков в каждой. Этот эпизод с обувью для таманцев обрадовал и всех соратников их. Не только таманцы усилили свой боевой состав, но и весь отряд тоже этим усилился.