По мнению М. С. Хозина, по основным принципиальным вопросам оперативного порядка, таким как устройство тыла и назначение руководящих работников до командиров и комиссаров дивизий включительно и до начальников отделов фронтового аппарата, необходимо иметь полную договоренность. М. С. Хозин считал, что полная самостоятельность и инициатива должны быть на командовании, штабе и управлениях Ленинградской группы войск по отношению к входящим в ее состав войскам, а на штабе Ленинградского фронта – по отношению к входящей в состав Волховской группы войск. Снабжение Ленинграда и Ленинградской группы войск должно идти самостоятельно, что же касается чисто воинского снабжения, то аппарат штаба фронта должен только учитывать, что отпускается центральными довольствующими управлениями войскам Ленинградской группы[841].

Эта структурная реорганизация фронтов не была целесообразной и проводилась в тяжелых для советских войск условиях. С конца апреля до начала июня в районе Волхова и Ленинграда было допущено несколько серьезных ошибок, писал позднее К. А. Мерецков[842]. И. В. Сталин действиями М. С. Хозина был недоволен. 8 июня 1942 г. на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) он отметил: «Мы допустили большую ошибку, объединив Волховский фронт с Ленинградским»[843].

3 июня 1942 г. Ставка ВГК назначила Л. А. Говорова командующим Ленинградским фронтом, а 9 июня был восстановлен Волховский фронт (командующий – генерал армии К. А. Мерецков). Новый командующий Ленинградским фронтом быстро вник в проблемы города-фронта, связанные с оказанием первоочередной помощи измученным блокадой людям, а также уточнением сил и средств, способных противодействовать врагу. Вместе с партийным и советским руководством города были определены меры по превращению Ленинграда в хорошо укрепленный военный город-фронт.

Военный совет фронта в постановлении от 5 июля 1942 г. указал на «завершение в кратчайший срок всех мероприятий, обеспечивающих превращение Ленинграда в военный город». Решение этой задачи требовало оставления в Ленинграде только необходимого минимума самодеятельного населения.

По данным Военного совета фронта, после эвакуации 300 тыс. человек в городе должно остаться 800 тыс. человек, которые будут заняты в оборонной, пищевой и легкой промышленности, для выработки электроэнергии, добычи местных видов топлива, на лесозаготовках, на железнодорожном транспорте и др. Эту численность населения легче будет обеспечить продовольственным и иным материально-техническим снабжением.

Серьезные трудности в продовольственных ресурсах осажденного города были отмечены в постановлении Военного совета Ленинградского фронта от 20 июля 1942 г. В нем указывалось: