30 октября 1942 года
С 9-го работаю на заводе им. Сталина. В цехе холодно.
На днях получил белый билет. Много испортили крови. Заново проходил медкомиссию. <…>
Был на концерте в филармонии и на спектакле в Александринке на «Баядерке». В театрах не раздеваются. Публика очень пестрая, какой раньше и в захолустном кино не встретишь. Много военных и ни одного буфета.
В театре дистрофиков нет. Начало очень рано, в 5 часов. Трамваи ходят до 8-ми, а вообще хождение по городу – до 10 вечера.
На работу езжу на двух трамваях, часто с Финляндского вокзала иду пешком, трамваи ходят тихо и редко. Всегда переполнены. <…>
Ломал дом – запасаюсь дровами. Нигде не бываю. Ложусь ровно в 9-10 часов вечера, встаю около 6 утра.
На заводе отепляю конторку. Сам сделал печку. До декабря буду жить в Ленинграде, а там, если завод не забронирует, пойду опять в армию.
Сегодня в парке сорвал последние цветы осени и сам не знаю какие. Становится темно и холодно. На горизонте туман. Праздники, вероятно, буду встречать один. На заводе мне дали 8-й разряд и высшую ставку ОТК – 700 рублей, работаю старшим контролером. У меня две приемщицы 5-го разряда. <…>
По радио передают классическую музыку. Постараюсь под нее заснуть. Пока бодр и силен, что будет дальше, увидим, а пока тоска от одиночества. К остальному уже привык <…> [Б.Б.].
31 октября 1942 года
31 октября 1942 года
Сегодня доел оставшиеся 400 г конфет, несмотря на то что намеревался сберечь их для дочери, которая уже год не видела сладкого. Преступление! Взамен купил и спрятал 300 г на 300 рублей. Собираюсь поехать навестить родных – обещали командировку. Уже больше года как их не видел [М. К.].
ВТОРАЯ БЛОКАДНАЯ ЗИМА
ВТОРАЯ БЛОКАДНАЯ ЗИМА
На 1 ноября 1942 года на ленинградских складах и базах было сосредоточено 49045 т муки, 17190 т зерна, 13901 т крупы и макарон, 1592 т мяса и мясных продуктов, 3505 т рыбы, 2104 т животного масла и 1691 т сахара. Такого количества продуктов было достаточно для снабжения ленинградцев по существовавшим нормам в течение нескольких месяцев.
1 ноября 1942 года
1 ноября 1942 года
Моя патологическая тяга к сладкому сохраняется. За два с половиной часа съел килограмм двести граммов конфет. Это уже преступление по отношению к семье! Сволочь я! Сегодня к празднику получил: три плитки шоколада – две тут же съел – и килограмм двести грамм сладкого желе – две трети съел. Заел сладкое шротовыми биточками и кашей. Нажрался, что еле хожу, живот раздуло. Потребность в сладком совершенно пропала, чувствую себя свиньей и обжорой. Правда, надежда увидеть родных исчезла. Командировка отложена на неопределенное время, и для семьи беречь гостинцы не обязательно, но все же нельзя быть свиньей и поедать за один присест столько сладкого. Нужно взять себя в руки. Надеюсь, что увеличение пайка до 600 г сладостей в декаду поможет преодолеть эту странную привязанность [М. К.].