«Схема „созерцание и творчество“» определенно очень много значила для самого Вавилова и с годами не забылась. В 1939 г. Вавилов вновь вспоминает свои давние дневниковые записи: «Старая схема – „созерцание и творчество“, угадал ее двадцать с лишним лет назад вполне верно. ‹…› только творчество „патент на благородство“. В творчестве самое главное в загадке сознания…» (11 июля 1939). И позже эта «схема» упоминается неоднократно: «…улетучивается спасавшее творчество, остается пассивное, холодящее и умертвляющее созерцание» (16 сентября 1941); «Сейчас задним числом вижу, что жизнь моя сложилась совсем особенно. ‹…› ее действительное содержание всегда было „творчество и смотрение (созерцание)“» (16 мая 1943); «Смотреть и думать, не делая. Это – одно. Второе – творчество. Кроме близких своих, Олюшки, Виктора, смотрение и творчество – единственная зацепка в жизни» (30 мая 1943); «Мое созерцание, творчество. Где же все это останется?» (15 июля 1945) и т. п. В приводившейся ранее выразительной цитате о потере души дальше речь идет также об этой паре: «С ужасом читаю в „Вестнике Академии“ в каждом № свои председательские, загробные речи, газетные статьи. Где же моя душа? Где мое „творчество и созерцание“» (9 мая 1946).