– Разве что мой папаша. Но ты с ним не поладишь – с ним вообще трудно иметь дело, да это и не обязательно.

– А ты до сих пор не знаком с моими родителями, хотя там аналогичная история.

– Ну вот и разобрались. Разложили все по полочкам.

– Я валяюсь в постели с двадцатитрехлетним парнем, который шарится в телефоне, а сама читаю нудный роман, выдвинутый на Букера. Что пошло не так?

– Брось ты эту книгу.

– Я всегда дочитываю до конца.

– Зачем?

– Затем… Если хоть раз дать себе послабление, это может войти в привычку.

– Выходит, ты всегда читаешь скучные книги?

Она засмеялась:

– Стараюсь этого избегать.

– Наверно, плохо стараешься.

Теперь, когда они жили вместе и постель не всегда означала секс (хотя секс был гораздо чаще, чем привыкла Люси), Джозеф уже знал, что Люси быстро отключается, и тогда нужно снять с ее груди упавшую книгу и погасить прикроватную лампу. А Люси теперь знала, что Джозеф не отрывается от мобильного, даже когда ныряет под одеяло в трусах и футболке.

Поглощенный статьей, он снова уткнулся в телефон.

Люси перечитала абзац, до которого успела дойти, потом пробежала его глазами еще раз. В романе говорилось об отношениях садовника, разбивающего сад под руководством Умелого Брауна[19], и дочери хозяина поместья. Это даже не были отношения в привычном понимании. Дочь хозяина пыталась втолковать садовнику, что ему не зазорно питать чувства к мужчинам, как водилось у древних греков. Садовник пока этим не проникся. Страница за страницей шло изложение философии Брауна. С тяжелым вздохом Люси перевернула очередной лист и увидела еще один длинный абзац, посвященный сравнению ландшафтного дизайна с пунктуацией.

– Если он победит, это будет полная жопа.

– Кто?

– Да чертов Трамп.

– Что ты там читаешь?

– Статью на сайте «Эбони».