Ника смекнула быстро и помчалась на верхнюю галерею, в сторону спален.

– Кать, – поймал теплую ладонь, предварительно поставив чемоданы, – жду на нашем месте.

Она сдержанно кивнула. Я выдохнул. Значит, ночь только начинается. Теперь взрослые будут праздновать.

Я спустился и сразу отправился на кухню. Служба по подбору персонала прекрасно отрабатывала свои деньги. В доме чисто, свежо, в холодильнике еда. Перед приездом мы всегда пользовались их услугами. Хочется ведь приехать в чистый, теплый, уютный дом. К сожалению, как началась школа у Ники, мы стали реже сюда наведываться. А после развода – я вообще ни разу не был. Дом больше не мой. Теперь только по приглашению.

Я взял бутылку розового молодого «Божоле», упаковку прошутто и нашел красивую картонную коробочку с пирожным – мой личный заказ. Свечу купил. Подарок, конечно, тоже со мной.

Воздух был свежим, влажным, наполненный сладостным ароматом молодой травы. Я руками стиснул перила на крыльце, оглядывая широкий двор. Пушкин был стилизован под старорусский терем. Точнее, он был таким задуман и построен еще в 1897 году. Чудом пережил революцию, Великую отечественную, выстоял при советской власти. Внутреннее убранство – смесь охотничьего дома, сруба и комфортного шик-модерна. А фасады бережно реставрировались, с упором на сохранность исторической ценности. Кстати, с генеалогическим древом Полонских было примерно так же: при любой власти голову умудрялись сохранить, подстраиваясь под верную повестку. Поэтому, наверное, до сих пор при деньгах и в правящих кругах.

Я подошел к бане и взял подготовленные березовые брусочки. За домом была роскошная беседка с камином в виде русской печи. Это наше любимое место: интимный полумрак, треск дров с легким дымком, белые ночи, нежные, но с легкой перчинкой прохлады.

– Хорошо здесь, – произнесла Катя, поднимаясь по ступенькам. Я уже ждал. В шелковом длинном платье жемчужного цвета с тонкой узорчатой шалью на плечах, волосы густой волной прекрасное лицо обрамляли, глаза сверкали, губы подрагивали в робкой улыбке. Разве можно стать еще красивее? Кате удивительным образом это удавалось!

– С днем рождения, любимая, – я открыл бархатный футляр – надеюсь, примет.

– Очень красивое, – осторожно произнесла, пальчиками пробежавшись по ярким рубинам в обрамлении сверкающих бриллиантов. Дядя Женя постарался: получилось под стать имениннице – невероятно! Колье в форме солнца, лучи которого венчали каплевидные, ярко-красные, удивительной чистоты рубины.

– Позволишь? – спросил, взвесив украшение в руке. Катя подняла густую копну волос, а я, сдерживая желание поцеловать ангельские крылья на тонкой шее, застегнул ожерелье. – Загадывай желание, – и зажег свечу. Катя несколько секунд стояла, опустив ресницы, затем задула. – Ой! – тихо ахнула. – Пинается.