Я стал смелее. Дожил до тридцати семи лет, не представляя, какой же я трус. Сейчас работаю над этим.

Вадим – трус… Это что-то новое, правда, доля истины была. Он не любил выходить из зоны комфорта, поэтому по возможности затыкал рты, проблемы, бреши в своей лодке привычным финансовым способом. Чтобы было удобно и никакого стресса. Даже в суде пытался помириться со мной привычным способом – дать мне больше, чтобы по-старому все стало. И секс, конечно. С его помощью мы из конфликта выходили стопроцентно. Полонский никогда не любил «рассусоливать». А может, боялся? Выходит, что так. Если бы было по-другому то, возможно, только, возможно, мы бы не прошли через предательство.

Я научился признавать свою неправоту.

Да, это всегда было проблемой. Всегда. Извиняться Вадим умел, эффектно, дорого, красиво, но в душе ошибок не признавал. Полонский никогда не допускал промахов и все контролировал: если что-то пошло не так, значит, он так задумал изначально. Вот так, да.

Я сжала листок и посмотрела на жирных голубей, курлыкающих рядом. Вадим жутко их не любил. Если бы написал, что научился ценить пернатых, то вообще бы другим человеком стал!

Если бы решало только мое сердце, то я бы упала к нему в объятия еще после поединка с Барсовым. Про либидо можно даже не говорить. Мое тело Полонского признавало хозяином и господином. Но была память и страхи. А еще огромная нужда в человеке. Что важнее? Что спасет меня? А что погубит?

Я любила Вадима. Того старого. И этого нового. Мы оба в чем-то изменились, а что-то осталось прежним, но хорошо нам только вместе. Возможно, если попробовать медленно пройти по дороге к друг другу… Через неделю мой день рождения и поездка в Пушкин. Вместе.

Внутри вспыхнуло ярко, предвкушаю встречу. Я хотела поехать с Вадимом. Желала, отметить всей семьей. Как раньше. У нас было слишком много хорошего, чтобы все забывать. Что-то мы возьмем в новую жизнь. Надеюсь.

Глава 50

Глава 50

Вадим