— Шагай в ванну, — хочу возразить, но видя взгляд этого психа, иду мимо и закрываюсь изнутри. Негодование зудит под кожей. Набираю в ладони воду и несколько раз умываю лицо. В голове черная дыра, я ничего не могу вспомнить. Последнее что я помню это клуб, Боровиков, коктейли, и в завершении опять этот кавказец, который тащит меня к машине, потом пустота. Тру виски и осматриваю пространство. Отсюда я сбежать не могу: качественный ремонт, трубы вмонтированы в стены, окон нет.

Волосы неприятно пахнут сигаретами, со злостью скидываю одежду и встаю под душ. Тело расслабляется под теплыми струйками. Вспышки сознания, я в каком то помещении на огромной кровати, мне что-то вводят в вену. Жмурюсь, не понимая что из того что я вспоминаю плод моего воображения, а что правда. Расплывчатой вспышкой слова громилы: «Алан сказал доставить в гостиницу». Получается козлина передумал и вернул меня в квартиру? Злость вперемешку с унизительным чувством цепляют нутро.

Нехотя выключаю воду, выбираюсь из ванной, надеваю халат, сушу волосы, проигрывая в голове варианты диалога. Мне нужно что-то придумать и уйти.

Перед выходом смотрю на себя в зеркало: влажные пряди спускаются вниз до поясницы, болезненный взгляд и бледная кожа говорят о том что в клубе меня явно напоили какой то отравой.

Слезы текут по щекам.

Я была просто игрушкой, девочкой для секса не более того. Наивная, думала, что он меня любит.

Какая же дура! Теперь понятно, что козлина всегда рассматривал меня лишь как приятное времяпровождение.

Глотаю слезы, вытирая щеки тыльной стороной ладони. Я понимаю что слезы не решат моих проблем, но на душе горько и гадко!

Последние два дня я жила в предвкушении встречи Нового года, ждала и скучала по нему, представляла сотню раз как войдет в квартиру, а я с порога повисну у него на шее.

Грудную клетку сдавливает, ощущение что воздух не помещается в легкие. Трудно дышать. Я не хочу плакать, а слезы самопроизвольно льются и льются. Сползаю вдоль кафельной стенки и тихонько, чтобы громила не слышал, скулю словно побитая собака.

Вздрагиваю от внезапного шума, хлопок входной двери. Здесь нельзя давать волю слезам и слабости! Пытаюсь понять что случилось, тешу себя надеждами, что кавказец самоликвидируется, а значит у меня появится возможность сбежать.

Осторожно открываю дверь ванной, пытаясь понять обстановку, всматриваюсь в пространство.

Сердце гулко бьется в груди, знакомый запах Алана вперемешку с запахом сигарет заполняет легкие.

Балконная дверь приоткрыта и то что я вижу подтверждает мои догадки: громила и брат Айлин стоят спиной ко мне, курят, обсуждая что-то не громко. Пользуясь тем, что меня не видят, оборачиваюсь в поисках своих вещей. В голове паника, я не вижу даже обуви.