В таких благоприятных условиях Жорж Помпиду снова становится премьер-министром в правительстве де Голля. Сам он, по его собственным словам, старался «увильнуть» от назначения, чтобы заниматься банком. Его вступление в должность газета Canard enchaîné сопровождает игрой на двусмысленности аббревиатуры RF, обозначающей как Французскую республику, так и братьев Ротшильдов. Обыгрываются и метафоры из конного спорта: по аналогии с заголовком «Приз Дарю а Лонгшамп получает Эксбери, прославленный жеребец в собственности семьи» рождается «Гран При Матиньон достается Помпиду, выставленному Ротшильдами».

Для Ги де Ротшильда большая гордость, что он получал советы от будущего премьер-министра! Это назначение для Помпиду будет далеко не последним: в 1969 году он сменит своего наставника и станет следующим французским президентом. На этом посту он и скончается в 1974 году от тяжелой болезни.

Тридцать четыре года спустя у Ротшильдов появляется новый заметный персонаж, вот только цели у него другие. Выпустившись из Национальной школы управления, которую заканчивают и многие другие видные политики, он работает финансовым инспектором. Затем молодого человека замечает Жак Аттали, и его представляют Франсуа Энро, правой руке Давида де Ротшильда[40]. Без специального образования в банковской сфере он, как оказывается, оброс большим количеством связей – харизмы у него не отнять. Представляется, что благодаря этим двум сильным качествам его так легко принимают на работу в фирму.

Он, однако, работает в ней всего лишь четыре года. При этом проводит только одну сделку, правда масштабную: продажа компанией Nestlé одного филиала Pfizer стоимостью десять миллиардов долларов. Сделка приносит достаточно денег, чтобы занять выжидательную позицию. В конечном счете, как замечают наставники молодого человека, единственная его цель – пополнить портфолио.

Придерживаясь своей стратегии «просачивания», которая, впрочем, никогда не работала, этот чистой воды капиталист, выдающий себя за обаятельного красавчика гуманистических взглядов, всегда продвигается только благодаря непреодолимой харизме – от секретариата Франсуа Олланда до кресла его министра финансов.

Этот неутомимый тип в итоге становится главнокомандующим и президентом Французской республики – всего-то в тридцать девять лет. Снижение возраста осознанности[41], получения водительских прав или избирательного права и то не казались бы таким безумием! С давних времен, чтобы выглядеть убедительно, у президента за спиной должно быть как минимум пятьдесят пять лет жизненного опыта, мудрости и устоявшихся взглядов. А французы отдали будущее своей нации и шестой в мире державы неоперившемуся юнцу без какого-либо авторитета для избирателей. Как же должны были их разочаровать традиционные партии!