Стефан Молинье: «Уволенный сотрудник Google Memo высказался!»[218] Август 2017 года Деймор подключается по видеосвязи из своей квартиры. Белые провода наушников свисают по обе стороны длинного мальчишеского лица. В правой части экрана видна знакомая голова Молинье. «Дайте нам представление о вашем интеллектуальном росте», — весело говорит он. «Мне очень нравится искать суть вещей, — отвечает Деймор, подбирая слова. — В условиях, когда все находятся в одной и той же эхокамере и разговаривают сами с собой, люди совершенно слепы ко многим вещам». Молинье это нравится, особенно та часть, в которой Google названа эхокамерой. Они обсуждают кодирование и либертарианство. Иногда ютубер замечает, что его собеседник не очень разговорчив, и сам заполняет паузы. Молинье сравнивает докладную записку Деймора и его недовольство с высказываниями предков современной науки: «Как у Галилея. „И все-таки она вертится“. Я не могу поверить, что они называют ваши слова псевдонаукой. Нет-нет-нет. Вот многообразие — это псевдонаука». Деймор нервно смеется.

Стефан Молинье: «Уволенный сотрудник Google Memo высказался!»[218] Август 2017 года

Деймор подключается по видеосвязи из своей квартиры. Белые провода наушников свисают по обе стороны длинного мальчишеского лица. В правой части экрана видна знакомая голова Молинье. «Дайте нам представление о вашем интеллектуальном росте», — весело говорит он. «Мне очень нравится искать суть вещей, — отвечает Деймор, подбирая слова. — В условиях, когда все находятся в одной и той же эхокамере и разговаривают сами с собой, люди совершенно слепы ко многим вещам». Молинье это нравится, особенно та часть, в которой Google названа эхокамерой. Они обсуждают кодирование и либертарианство. Иногда ютубер замечает, что его собеседник не очень разговорчив, и сам заполняет паузы. Молинье сравнивает докладную записку Деймора и его недовольство с высказываниями предков современной науки: «Как у Галилея. „И все-таки она вертится“. Я не могу поверить, что они называют ваши слова псевдонаукой. Нет-нет-нет. Вот многообразие — это псевдонаука». Деймор нервно смеется.

Записка Деймора была полна ссылок на эволюционную психологию — академическое минное поле, которое любил Молинье. Однако после пристального изучения анализ Деймора развалился — как «в лучшем случае политически наивный, а в худшем — опасный», — писало издание Wired[219]. Исследователь, которого цитировал Деймор, назвал его утверждения о половых различиях «огромной натяжкой». Кроме того, Google предстояло пережить новое федеральное расследование «системного неравенства в оплате труда женщин». Записка Деймора, конечно, пришлась совсем некстати.