Михаэль просто сменил траекторию. В «Формуле-3» у машин не так много мощности, так что слип-стрим от соперника сильно ощущается – остается только красиво обогнать его. Но Шумахер внимательно смотрел в зеркала. В зеркалах всегда было видно, смотрит он или нет. Когда я повернул, он сделал то же самое, вот и все. Я ничего не мог поделать.

Мало кто из боссов «Ф-1» захочет, чтобы пилот крушил дорогущую технику даже в борьбе за победу. Отметим, что сезон-1990 Хаккинен начал с тестов в команде Benetton, на которых смог проехать заметно быстрее, чем Алессандро Наннини, и даже получил предложение стать тест-пилотом. Мудрый Кеке Росберг вежливо отказался. Как позже выяснилось, зря: после травмы итальянца в конце сезона у Мики был бы реальный шанс дебютировать в «Формуле-1».

К моменту Гран-при Макао оставалось лишь ухватиться за спасительную соломинку в виде теперь уже бывшего менеджера все того же Benetton. Питер Коллинз к концу года выкупил команду Lotus, которая крайне нуждалась в финансировании. За деньги он был готов посадить в кокпит кого угодно, так что, когда Росберг обратился к нему по поводу местечка для своего протеже, Питер просто озвучил таксу. Кеке в свою очередь озвучил ее Marlboro. На том и порешили, без лишней демагогии пожав руки и подписав контракт.

В общем, выпускной экзамен в Макао, пусть и завершившийся провалом, уже не мог повлиять на то, что Мику Хаккинена ждал дебют в «Формуле-1».

1991–1992. ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАГРАДА

Несмотря на то что в те годы прославленный коллектив был лишь бледной тенью себя самого времен новаторских идей Колина Чепмена, Мике удавалось блистать и на «ведре» под кодовым именем Lotus 102. Уже в третьей в карьере гонке в Имоле, отчаянно сражаясь под проливным дождем, Хаккинен смог урвать очки.

Но впечатление о дебюте будущего чемпиона создавал даже не этот успех, а скорость нашего героя относительно напарника. Джулиан Бэйли в том сезоне смог пройти квалификацию только в Имоле. Мике он проигрывал иногда по три с лишним секунды с круга, а платил за место в команде столько же. Последней каплей стал Гран-при Монако, после которого Коллинз, плюнув на деньги, отправил англичанина, как говорится, на мороз и взял вместо него нищего, но потенциально сверхбыстрого Джонни Херберта. И что бы вы думали – на следующем Гран-при, в Канаде, Джонни не прошел квалификацию! Правда, немного освоившись в кокпите, Херберт заметно прибавил и в итоге выиграл у Хаккинена квалификационную дуэль со счетом 6:2.

С адаптациией к болиду проблем не было, но очень скоро я понял, что самая большая проблема «Формулы-1» – чудовищная скорость. Машина едет настолько быстро, что сложно сконцентрироваться на ней, на том, как она себя ведет: из-за перегрузок больше фокусируешься на самом себе. Перегрузки такие, что представить сложно – можно лишь прочувствовать: входишь в поворот и не можешь удержать голову.