Новый двигатель, проблемы компоновки узлов, а вместо того, чтобы их решать, команда растачивала кокпиты под Мэнселла! В общем, год получился трудным: отказы, отказы и еще раз отказы. К середине сезона детские болезни подлечили, машина стала быстрее, финн «урвал» два подиума, но стабильностью похвастать не мог.

Мэнселлозаменитель Марк Бланделл выглядел копией Мартина Брандла: иногда собирал бесхозные очки, но все, чем запомнился его сезон – это шасси, разрушенное в гравии в квалификации перед «Судзукой». Побывал за баранкой в 1995-м и Ян Магнуссен, когда перед Гран-при Тихого океана нашего героя настиг аппендицит. Посещение больницы прошло хорошо: операцию сделали, что нужно, отрезали, и Хаккинен, скажем так, налегке приехал вторым в Японии.

Сезон подходил к логичному финалу в Аделаиде. Михаэль Шумахер уже оформил второй титул, и настроение у всех было вполне чемоданным. Ничто, как говорится не предвещало…

10 ноября 1995 года, квалификация Гран-при Австралии. Мика проезжал по участку под названием «Раундэбаут», довольно коварному месту трассы, где бетонные барьеры, наступая со всех сторон, психологически подавляют тебя, буквально засасывают. Эта прямая переходила в крутой правый поворот «Брюэри Бэнд».

Хаккинен уже готовился к жесткому торможению, когда его болид, внезапно потеряв баланс, вышел из-под контроля: правое переднее колесо из-за прокола оторвалось от земли, а заднее левое попало на поребрик. McLaren находился на самом апексе поворота, пилот рефлекторно вывернул руль, но бесполезно – болид подскочил и полетел в отбойник. Авария оказалась почти фатальной. Почти. Огромная удача – буквально в сотне метров была припаркована машина медиков. Не прошло и 15 секунд, как два доктора Джером Коккингз и Стивен Льюис приступили к реанимации.

Мика избежал необратимых последствий лишь благодаря слаженной работе врачей и маршалов. Из-за сильнейшего удара о руль было прервано снабжение мозга кислородом: он не мог дышать, а рот был крепко сжат. В таком состоянии человек может находиться всего две-три минуты, и медикам пришлось делать трахеотомию прямо на трассе. Через 15 минут Мику погрузили в скорую и увезли в Королевский госпиталь Аделаиды.

Я совершенно не помнил момента аварии, зато отчетливо – минуты после столкновения. Сижу в кокпите, не могу пошевелить рукой. «Это серьезно», – промелькнула мысль. От глупостей в голове спасла Эрья. Открыв глаза, я увидел ее. Именно тогда пришло понимание, что нам суждено быть вместе, что она часть меня, часть моей жизни. Мне не нужен был человек, который возил бы меня в инвалидной коляске, – нужен был кто-то, с кем можно говорить. Мы проводили вместе очень много времени. Не будь ее рядом, я не смог бы вернуться в гонки.