Соединившись с местной милицией, выяснили, что в жилище на первом этаже случился самоподрыв телевизора китайской вероломной технологии. Документы хозяина проверены, личность и прописка установлены, посторонние лица отсутствуют. Далее последовали перипетии вовсе несуразные и явно противоречащие объективности милицейского отчета.

Из квартиры вышел еще один неизвестный, сел в «хонду», на которой приехали уголовные типажи, машина подрулила к торцу дома, к окнам искомой квартиры, и в ее багажник погрузили какие-то тюки. После чего столь же непонятный груз устроился в задний отсек «Нивы», совершившей краткий маршрут с места своего пристанища у подъезда к тому же окну и тут же вернувшейся на прежнее место.

Пока Закатов раздумывал о правомочности и целесообразности активных действий, «хонда» убыла в неизвестные дали.

Уже стояла глубокая ночь, Закатов хотел спать, но все-таки нашел в себе силы скомандовать, чтобы машину перехватила с целью проверки патрульно-постовая служба.

Известие о перехвате поступило ему лишь ранним утром, растревожив и без того взволнованный сон: в брошенной на обочине в соседнем районе «хонде» обнаружены трупы двух неизвестных мужчин. По предварительной оценке трупы стали трупами благодаря многочисленным осколочным ранениям и тяжелым контузиям. Происхождение травм категорически не вязалось с бытовой версией взорвавшегося телевизора. По поводу же запроса на машину из ФСБ милиция теперь настойчиво требовала объяснений.

Как истинный карьерист, Закатов давно усвоил для себя основное правило освобождения от ответственности: на каждый шаг нужна подстеленная бумажка с визой начальства. И чем больше бумажек, тем чище, пардон, задница.

Между тем начальник на телефонные звонки не откликался, и Закатов припомнил, что прошедший вечер тот провел на каком-то банкете, отчего дееспособность босса наверняка сильно пострадала, и сейчас ему не до служебного рвения и принятия взвешенных решений. Пришлось ограничиться советом старших коллег, ибо идти с докладом к начальнику отдела означало бросить тень на его заместителя, кому Закатов был непосредственно подчинен. Эта тень в итоге могла покрыть своим мраком многие достижения и вожделения. Коллективным разумом решили, не привлекая милиции, обитателей странной квартиры задержать, проверить «Ниву», а далее действовать по обстановке. Отдохнувшему экипажу «Волги» вменялось наблюдение за бойким американцем и установка на его машине радиомаяка.

С раздачей окончательных и радикальных команд Закатов спешить все-таки не стал: в квартире стояло затишье, оперативный состав не дремал, а вскоре должен был подоспеть вызванный на Лубянку Укрепидзе. Его следовало прокачать по возникшим вопросам, обнаружив в его реакциях ответ на главное: кто следил за ним с помощью смехотворно подловленной в качестве «левака» «наружки»?