– Корреляция еще не означает причинно-следственную связь, поэтому нельзя утверждать, что боль связана с моими воспоминаниями, – пробормотала я. – К тому же воспоминания – это не самое страшное. Скорее, это… чувства.

– Что ты имеешь в виду?

– Я была уверена в нашей миссии. В том, что мы определенно сделаем нашу линию времени лучше. Но теперь… У меня двойственные ощущения. Что, если мы только сделаем хуже?

– То же самое не раз испытывала я, после того как умерла моя мама, – вздохнула Анита.

– Подожди, что ты сказала? – Опиумный дурман немного развеялся. – У тебя умерла мать? Почему ты мне ничего не сказала?

– Это случилось сразу после того, как ты отправилась в путешествие, и навалилось еще столько всего… Наверное, мне просто не хотелось тебя втягивать.

Я вспомнила мать Аниты – суровую женщину по имени Ивонна, которая воспитала Аниту одна, работая в больнице сначала медсестрой, затем, когда у нее появилось время, чтобы продолжить обучение, врачом. Когда Ивонна приезжала в Лос-Анджелес, я частенько ужинала с ней и Анитой. Я слышала рассказ о том, как Ивонна связалась с отцом Аниты, путешествуя по Великобритании вместе с друзьями-хиппи. Я не совсем понимала отношения родителей Аниты, ярких представителей поколения бэби-бума, наполовину традиционные, наполовину свободные. Официально они так и не поженились, но отец Аниты поддерживал семью материально, дал дочери свою фамилию, а на лето приглашал ее в Лондон, Мумбай и Сингапур. Он появлялся в жизни Аниты и снова исчезал, но Ивонна была рядом постоянно. Анита регулярно ей звонила и писала. Я не могла поверить в то, что мы говорили о моих дурацких головных болях, в то время как Аните приходилось нести такое горе.

– Анита, прими мои соболезнования. Что произошло?

– Знаешь… Просто старость. Мама умерла во сне. Но почему-то от этого только хуже. Вроде бы пришло время, все получилось мирно и естественно, однако я оказалась к этому не готова. Мне кажется, будто я не в той линии времени, даже несмотря на то что умом я понимаю – рано или поздно это должно было произойти. Внезапно я не могу понять, кто я такая, черт возьми. Понимаешь, кроме меня самой, только мама и помнила меня в детстве. Мне постоянно хочется спросить у нее совет, и мне кажется, что я ее вижу… – Голос Аниты дрогнул, однако она не расплакалась. Но почему-то от этого ее лицо показалось мне даже более горестным и скорбным.

Обняв подругу, я долго ее слушала. Мы говорили о том, что, когда умирает близкий, тебя как будто бросили, особенно если речь идет о матери.

– Мать – это первозданная сила, соединяющая человека с его прошлым, – сквозь слезы промолвила Анита. – Когда мать умирает, кажется, прошлое тоже умирает.